Гнезда Химер

В феврале, в промежутках между командировками, мне довелось пережить СибКон и разнообразное общение с людьми, которые играют в игры (а особенно с теми, которых принято называть "молодежью"). Это общение принесло неожиданное удивление и, одновременно, огорчение, которые выражались в следующем:
  1. Оказывается, что я, если и не монстр, то нечто Доисторическое - это точно.
  2. История у большинства реципиентов начинается с очень странных игр: ХИ-98, Завоевание Рая, Макарены, Поверженные (нашлись даже люди у которых история начинается с игр, которые были сделаны мной - это было, пожалуй, самым большим шоком).
  3. Многие обвиняют меня в том, что я - такой весь из себя умный и древний, видимо вознамерился унести все, что я узнал, с собой в могилу. Ибо ничего не публикую, хотя бы и мог.
Собственно, глубоко призадумавшись на тему: чего бы я такое мог сказать, чего еще не было сказано, пришел к выводу, что расскажу вам сказку про Игру - мои бесплодные размышления и химеры, которые родились от того, что я вижу на играх из года в год на протяжении уже девяти игровых сезонов. А так же немного покряхтю и поворчу, вспоминая доисторические времена и тайные ролевые культы;)
Для меня история начинается тоже со странной игры. Это был "Полигон - 94", сотворенный, как это теперь принято называть, Красноярской Функциональнй Школой. Фестиваль, семинар + три большие (по тем временам) полевых игры в комплекте и несколько маленьких, проистекавшие в течении недели на Старой Льнихе. Такого больше никто и нигде не делал с тех пор.
Обо всем, что было до 94 года, я могу судить только по мифам и легендам, которых наслушался еще в прошлом веке. Из всего услышанного могу заключить, что мифическая эпоха Ролевого Движения (которого, как мы помним, не существует) закончилась, не пережив Ниенны и новосибирско-красноярской мастерской авантюры 1993 года. С наступлением новой эпохи РД впало во грех блистательных регионалок, в коем и пребывает по сию пору.

Атмосфера "Полигона" сильно разнилась со сложившимися представлениями о толкиенистах, как о людях, творящих мистерию на материале книжек любимого Профессора. На "Полигоне" я вообще не услышал ни слова про Толкиена. Одна игра - мир, подобный Фалауту (с панками и мутантами), вторая - мир наукообразной магии красноярского Талисмана, третья - Славянка, мир русского фольклора... (прим.1)
К последнему дню моего небытия на Старой Льнихе я вдруг понял, что обрел нечто большее, чем любительский театр на природе по мотивам детской сказки. Все происходившее вокруг было настолько грандиозно, что неокрепшему детскому мозгу не оставалось ничего иного, как проассоциировать это действо с Игрой в Бисер. До сих пор пребываю в этом заблуждении: ролевые игры - это лишь зародыш Игры в которую играли у Германа Гессе представители культурной элиты: ученые, поэты, художники. Игры, которая не будет являться средством для обучения или аттракционом, а станет вещью в себе, самодостаточным произведением человеческого разума и духа. В игре может отражается вся мудрость, накопленная человечеством, в виде переплетения сюжетов и образов, и вся доблесть творящих Игру игроков, в виде поступков и решений.

Но, пока не наступило светлое время Касталии и священного набора ритуалов и знаков, мы имеем не одну большую игру в год, которую делает действующий Магистр Игры, а множество игр разных школ, каждая из которых настолько оторвана от другой, что впору говорить не столько о разных течениях, сколько об альтернативных вариантах ролевой деятельности. (прим.2)


Ныне говорить о том, что жизнь и игра абсолютно подобны в своих элементах (с точностью до определений), просто бестактно, потому что этого разве что на заборах не пишут - так или иначе знают все. А в начале 1995 года доклад Геныча Черепахина, построенный как доказательство теоремы "жизнь - это игра" + нетривиальные выводы, казался откровением. После "Полигона-94" это было второе сильное потрясение, которое мне принесла тема Игры.
Этот доклад положил начало моим личным исследованиям и экспериментам над играми.
Эксперименты закончились игрой "Мир Обсидиана-95". Исследования закончились спустя пару месяцев трехдневным семинаром, на котором оставшиеся в живых мастера этой игры пытались понять: а что же дальше?

С тех времен не осталось практически никаких записей, потому что мы ни к чему не пришли (отрицательный результат тоже результат) и распались, так и не оказав никакого влияния на судьбы человечества. Совершенно отчетливо я помню только, что, рассматривая стратегические варианты развития РД, мы постоянно заходили в тупик.
Ощущение тупика осталось до сих пор, но теперь как-то проще это воспринимать, потому что стало ясно - Ролевого Движения не существует (кому интересно, пусть спросит подробности у Алексея Гридина - это его телега, и он обещал сделать из нее статью).
Есть лишь Игра в бисер, которая продолжается и продолжается не смотря ни на что - под разными личинами и во многих местах.
,) "Там где двое или трое соберутся во имя мое..."
Ощущение игры настолько заразительно, что жизнь местами превращается в набор ситуаций и обстоятельств, в которых отчетливо видишь свою роль. А тот, кто видит роль, в конце концов заметит и Игрока...


Третьим сильным потрясением стала малоизвестная игра Лоры Бочаровой. Называлась "Апокриф" и была первой игрой, которая прошла на полигоне "Соколиный камень", под Екатеринбургом в 1996 году.
Темой игры было рождение Нового Завета. 33 год от рождества Христова, Иудея, Иерусалим. Все слои еврейского общества, секты, римские оккупанты, баланс сил на грани начала репрессий.
Игра началась распятием и закончилась вознесением. Я работал на этой игре Галилеянином и наблюдал во всех деталях центральную и самую динамичную линию игры: становление апостолов, зарождение и рост Церкви...
"Апокриф" получился очень хорош: люди все сплошь собрались знакомые с материалом и смогли создать своим взаимодействием целостную реальность... Мы наигрались по самое небалуйся, но все это было совершенно не похоже на красноярскую игру, которую я, можно сказать, впитал с молоком матери,) Разница как между правым и левым полушарием. Играть в красноярскую игру - все равно, что играть в шахматы (очень увлекательно и познавательно); играть у Лоры - все равно, что плести венок сонетов...
Трудно объяснить здравомыслящему человеку существование, пользу и глубокий смысл мистических переживаний. И если бы мне сказали до "Апокрифа", что мистическое переживание может настигнуть меня на игре и станет главным ее результатом - не поверил бы.
После "Апокрифа" встал закономерный вопрос: а может ли что-то еще постигнуть меня на играх помимо пиршества разума и мистических переживаний? Оказалось, что может.
В 98 на тюменских "Поверженных" меня накрыл страх и смертная тоска. Очень поучительное переживание. Ни за что бы не подумал, что столь успешно и переживаемо можно смоделировать настоящий Ад! Отдельное удовольствие я получил от библиотек и бестиария (я не проводил больше ни на одной игре столько времени по кустам и в бегах с полной котомкой бумаги за спиной)...
Я надеюсь, что это не последний пункт в списке. Игра должна продолжаться!
Ужасна мысль о том, что где-то на просторах нашей необъятной Родины умеют делать игры, которые могли бы принести мне новые переживания, но я не могу объехать их все, а порой даже не знаю о их существовании.
Плохо, что у Сибири нет возможности познакомиться с работами мастерских школ с той стороны Урала, а европейцы не представляют себе игр, в которых выковывалась слава и доблесть сибирских команд.
Не хватает всесоюзного ролевого фестиваля, на котором встретились бы лицом к лицу Восток с Западом и поиграли бы на играх друг друга.
ХИ не выполняют этой важной и весьма полезной функции, потому что на ХИ пытаются убить сразу двух зайцев: поиграть и сохранить аутентичность первоисточнику. В результате получается лишь парад, Последняя Битва и хождение друг к другу в гости.(прим.3)
Всесоюзный фестиваль я понимаю не как тысячеглавую тусовку на природе, а как возможность взаимопроникновения игровых школ. Что-то похожее по структуре на театральные фестивали: несколько трупп съезжаются в большой город и в течении оговоренного срока играют на всех театральных площадках города. Вспоминая "Полигон-94", впору писать утопию про идеальную Игру, какой она мне представляется:

"И столица из города Москвы переносится в Нью-Васюки...",)


Ну, и в заключении, не удержусь и процитирую Гессе. Этот отрывок должен бы стать эпиграфом к этой статье, но сильно мешают тому его объем и насыщенность.
Не про нас ли, грядущих, написано?

"...Эти правила, язык знаков и грамматика самой Игры суть не что иное, как высокоразвитая тайнопись, в создании которой участвуют многие науки и искусства... и которая способна выразить и связать друг с другом смыслы и результаты почти всех научных дисциплин. Таким образом, наша Игра стеклянных бус есть игра со всеми смыслами и ценностями нашей культуры, мастер играет ими, как в эпоху расцвета живописи художник играл красками своей палитры. Всем, что в свои творческие эпохи человечество создало в сфере познания, высоких мыслей, искусства, всем, что в последующие столетия было закреплено в научных понятиях и стало, в результате, общим интеллектуальным достоянием, -- всем этим неимоверно богатым духовным материалом мастер Игры владеет, как органист своим органом, и орган этот обладает почти непредставимым совершенством, его клавиатура и педали воспроизводят весь духовный мир, его регистры почти неисчислимы, теоретически на таком инструменте можно проиграть все духовное содержание вселенной.
Эта клавиатура, педали и регистры строго зафиксированы, их число и распорядок могут быть усовершенствованы разве что в теории: обогащение языка самой Игры через внесение в нее новых смыслов подлежит строжайшему контролю верховного руководства Игры. Напротив, в рамках этого остова, или, чтобы продолжить наше сравнение, в рамках сложной механики гигантского органа, перед мастером открываются безграничные возможности и комбинации: среди тысяч строго по правилам сыгранных партий нельзя обнаружить две хотя бы внешне схожих одна с другой. Предположим даже, что два мастера избрали содержанием своих партий одну и ту же узкую тематику, но и тогда обе игры могут решительно отличаться друг от друга образом мыслей, характером, настроением, виртуозностью игроков, а соответственно этому различную окраску обретает и самый ход Игры..."
(Г. Гессе "Игра в Бисер")

Примечания


(1) На семинарах не был, мне было не до того, поэтому ничего кроме того, что они были, я сказать не могу.
(2) Из уже существующих направлений, которые мне известны, классикой из золотого фонда можно однозначно назвать следующие школы: Красноярск-старый, Стас Суткин, Макар, Лора, Ланс+Ил, Шкель&Co... ,) Предупреждая многие вопросы, могу сказать что Ангор, к примеру, может считаться основателем направления в той же мере, что и первый, написавший на заборе, может считаться изобретателем графити. И таких мастеров, которые выезжают исключительно на энтузиазме игроков, что-то слишком много становится. Ангоровки - это чисто народное творчество. А народное творчество, на мой взгляд, может, конечно же, иметь культурную ценность, но высоким искусством никак не является.
(3) Ясное дело, что настоящий, сильный игрок найдет во что поиграть на любой игре, главное чтобы было с кем. Но большинство-то игроки средние.

©Степанов Антон (Генетик).
19 апреля 2003 года.