Архив RPG-материалов в Новосибирске
20 лет онлайн
Памяти Эрла | Лента | Новости |  Тексты  | Фотографии | Песни | Подкасты | Расписание игр | Мастеру | Хостинг | Форумы | Гостевая Книга | Ссылки | Оплата траффика | WAP
Общий список
Неразбериха

НЕРАЗБЕРИХА

 

Он оставил компьютер включенным, а сам пошел перекусить. В холодильнике нашелся кусок ветчины, пара сардин, заплесневелый кусок сыра и бутылка минералки. Он водрузил все это на поднос и пошел есть в комнату. Там он включил телевизор и, закинув ногу на ногу, задумчиво сжевал свой нехитрый ужин. Больше всего хлопот доставил сыр - он терпеливо скоблил тупым ножом его засохшую корку, отрезал маленькие кусочки и кидал их в рот.

 

Когда, наконец, он решил вернуться к работе, в кабинете он застал удивительную картину - перекошенный монитор, оскалившись рядом квадратных стеклянных зубов, со смаком дожевывал клавиатуру. Длинный язык смахнул со стола рассыпавшиеся клавиши, в пасти исчез хвост провода мыши, и челюсти экрана со стуком сомкнулись.

 

&

 

На двери висел плюшевый лягушонок. Он всегда казался мне странным: то ли подмигивает, то ли подсматривает. Однажды ночью он разбудил меня, вспрыгнув на лицо. Спросонья я ничего не понял, замахал руками, задергался, заорал! Он соскочил на пол и шустро поскакал куда-то прочь. Я метнулся за ним, комнату освещал яркий свет фонаря с улицы, мое отражение в зеркале было бледной перекошенной маской. Лягушонок увлеченно скакал в сторону ванной комнаты. У самой двери он остановился, словно приглашая последовать его примеру. Я подкрался вплотную и замер. Прислушался. Внутри явно что-то происходило. Тихонько - так, чтобы никого не спугнуть - я приоткрыл дверь и сунулся одним глазом в получившуюся щелку.

 

Внутри кипела работа: крохотные прозрачные человечки тащили на своих спинах бутылку из-под шампуня от умывальника в сторону раковины. Вокруг них сновали другие человечки - побольше, которые подгоняли их и указывали дорогу. Полный жгучего любопытства я, видимо, скрипнул дверью, потому что все человечки вмиг растеклись каплями воды и нырнули в горловину раковины. Брошенная бутылка шампуня скатилась на пол и там и осталась. Я повернулся к своей лягушке, но на ее месте застал только лужицу воды.

 

@

 

-          Подумаешь, Сартр, "Мухи"! Хе-хе-хе, да у вас дурной вкус, батенька!

-          Ах, позвольте, а кого же мне тогда читать, уж не вашего ли Гончарова?

-          Почему бы и нет, классик, между прочим, и без всяких там мух - гадость какая!!! - с несварением желудка!

-          Что бы вы понимали?!

-          Пардон, я здесь дольше вашего, поверьте, всякое повидал...

-          Ах, простите, Достоевский, Драйзер, Готорн, Бальзак...

-          Да, не то, что Джойс, Пруст, Арагон!!!

-          Педант!

-          Пустобрех!

-          Ах, вот вы как?!

-          А сами-то?!

-          А я, а я... Я с вами вообще больше разговаривать не буду!!!

-          Ну и на здоровье, переживу как-нибудь...

 

И две мухи разбежались в разные стороны по стеклу библиотеки, делая вид, что нисколько не интересны друг другу.

 

$

 

Ему очень нравилась она. Такая нежная, стройная, высокая. Гладкая оливковая кожа, темная пышная шевелюра, яркие пухлые губы. Она тоже была очень не прочь познакомиться с ним поближе. Он был ей очень симпатичен. Но они никак не могли встретиться. Она запуталась в длинной траве у подножия высокой решетчатой башни, он замер подле изысканной белоснежной яхты и закатного моря. Они стояли неподалеку, но никак не могли стать ближе, прикоснуться друг к другу.

 

Наконец, они договорились - обменяться - люди в одну сторону, а море с башней - в другую. Он прыгнул ей навстречу, она - ему, смешались лики, море, звезды, она, звук ветра, голос, стон. На столе осталась фотография с закатным морем, белоснежной красавицей-яхтой и Эйфелевой башней, торчащей из воды. На стене повис, раскачиваясь, плакат - молодой человек в обнимку с юной девушкой по колено в траве. Они были вместе, он держал ее в своих объятиях. Теперь дело было за малым - пошевелиться...

 

#

 

На казнь ее везли в решетчатой металлической повозке. Мрачный кучер правил двумя унылыми мохноногими лошадками, и те покорно плелись грязными узкими улочками. С верхних этажей в окна скалились зеваки. Изредка кто-нибудь кидал в повозку какой-нибудь дрянью. Копыта лошадей цокали по неровным булыжникам мостовой. В руках солдат, следовавших за повозкой, дымно чадили факелы. Омерзительно воняло из сточных канав. В подворотне кого-то методично избивали, криков уже не было слышно - один полузадушенный стон. Позади солдат, приотстав ровно на столько, чтобы не надавали тумаков, бежали ребятишки. Чумазые, в длинных грязных рубахах до полу, они щербато скалились на солдат, нищих, тощих, одичалых собак, и были рады этому нечаянному и интересному развлечению.

 

Наконец, приехали на площадь. Она была маленькой, неправильной формы. На казнь сегодня пришло поглазеть совсем мало народу. В центре площади возвышался деревянный помост - на нем рубили головы, но ее подвезли к куче хвороста. Повозка с лязгом остановилась. Кучер слез с козел и отошел в сторону, чтобы не марать себе душу творящимся непотребством. Пузатый палач, воняющий салом и сивушным перегаром, полез в клетку и достал оттуда завернутый в мешковину сверток. Редкая толпа несколько сдала назад. Руками в перчатках палач достал из свертка книгу, черную, с массивной железной застежкой. Он поднял ее над головой и с размаху швырнул в гущу хвороста. Тут же один из солдат кинул за ней следом факел. Дерево жадно занялось, пламя накинулось на жесткие, ломкие страницы, скручивая их и пожирая. И тут из толпы в огонь кинулся мальчонка, беловолосый озорник, один тех, что бежал за повозкой всю дорогу от магистрата и до площади. Он бесстрашно кинулся в самую гущу огня, подхватил горящий том и прижал его к груди...

 

Когда костер прогорел, книгу нашли на пепелище. Целую. Только в ней появились новые страницы.

Last access time: 21-Sep-2018 19:09:07

Архивариус - Димыч (Dimych)| © 1998 - 2018 | Администратор - К.Ананич