 |
Истинное Имя: Алир Дорано. Возраст 33 года. Берилльский магнат, член Совета Магнатов уже 9 лет. Монополия - сельское хозяйство. Великим дельцом был его дед. Именно ему пришла в голову мысль заставить землю работать на себя. Отец был менее крут, зато ему досталось в наследство настолько выверенная машина, что он волей-неволей и сам стал разбираться в том, как делаются деньги. Сам Алир был третьим сыном. Как ни старались его привлечь хоть каким-то образом к деятельности, он все пропускал мимо себя. В детстве он был как бы не от мира сего, а в 15 лет вообще сбежал на юг. Зачем? Наверное, постигать мудрость... Поначалу, ни о какой мудрости речи не шло. Рафинированного и избалованного парня обобрали на первом же перекрестке. Но он был упорен, шел дальше. К'он Делор оказался отдохновением для души и тела. Там запросто кормили бесплатно, смотрели при этом, правда, полными жалости и сострадания глазами, но Алира это уже не интересовало. Он не вникал тогда в тонкости тамошней политики, просто город поразил его своим гостеприимством и радушием. Странные люди, в Берилле это было бы невозможно - работать за возможный дар. Он не задержался там надолго: еда и крыша - это хорошо, но все это и так есть у него в Берилле. Он отправился дальше в поисках учителя высшей мудрости. Когда и почему ему в голову пришла мысль, что мудрость живет именно на юге, он уже не помнил, но шел вперед в святой уверенности, что идет верно. В конце концов его внимание стали привлекать странные люди в пестрых халатах и меховых шапках, то тут, то там встречавшиеся на пути. Они могли пить чай в придорожных трактирчиках, могли разговаривать о чем-то с прохожими, а могли просто сидеть на ковриках, уставившись своими странными прозрачными глазами куда в им одним видимую даль. "Вот! Это то, что я искал!" - подумал Алир и пристал с расспросами к первому же встретившемуся дервишу. Тот оказался неразговорчивым и долго пытался отвязаться от назойливого мальчишки. Однако Алир не сдавался и преследовал его по пятам, умолял, упрашивал, ныл. Наконец дервиш сдался. Его звали Тзану. Он стал учить Алира мудрости дервишей. Это было очень странная учеба. Тьзану почти ничего не рассказывал Алиру, он гонял его в разные таверны за едой, заставлял просить милостыню на улицах или проводить целые дни на жарком южном солнце. Когда Алир начал разочаровываться, Тзану сказал: - Ну что ж, сынок, теперь ты готов к испытанию. Пройдешь его, и истина откроется тебе. Тзану повел его через какое-то горное ущелье, потом петляющими каменистыми тропами куда-то все время вверх (Уже много позже Алир пытался навести справки о местах своих скитаний, но так и не нашел ничего похожего в описаниях путешественников и торговцев). Наконец они достигли вершины. Прямо на пике горы располагалась небольшая каменная беседка. Четыре грубо высеченные колонны и каменная плита сверху. Тзану достал из недр своей дорожной сумки маленькую жаровню, высыпал из горшочка тлеющие угли, швырнул на них горсть каких-то трав. Удушливый дым заполнил все внутреннее пространство беседки, струи бледно-зеленого дыма почему-то не выходили наружу. Тзану выкрикивал какие-то гортанные фразы, но Алир уже ничего не разбирал: голова его кружилась, от едкого дыма слезились глаза, мысли путались. Наконец он впал в тяжкое забытье... Очнулся он в полной темноте. Сознание было на редкость ясным и просветленным. Он помнил все до последнего момента. Только не понял, как оказался здесь. Помещение... Хм, скорее каменный мешок, в котором он оказался, был размером где-то два на три метра. А в высоту его хватало ровно настолько, чтобы подняться в полный рост. В углу была ниша, где через равные промежутки времени (Алир называл их сутками) появлялась краюха хлеба, чашка похлебки и бутылка с водой. Как ни странно, он не чувствовал себя запертым навечно, не испытывал неудобств от заточения. В его голове выстраивалась стройная система понимания мира, рассудок был ясным и холодным. На тридцатые "сутки" его начал одолевать страх. Потом он превратился в панику. Чем именно это было вызвано - он так и не понял. Потом он впал в тяжелое забытье. Очнулся он на мягком ложе (по крайней мере, ему сначала так показалось). На глазах была мягкая повязка. "Не снимай ее сейчас, молодой господин, - пропел совсем рядом мягкий девичий голос. - А то будет очень больно глазам. Наступят вечерние сумерки, тогда будет можно. А сейчас позволь я помогу тебе". В храме Танцующей-во-Мраке Алир провел три месяца. Постепенно приходило понимание, что его поиски мудрости должны вести к родным пенатам. Путь вниз он проделал с завязанными глазами. Найти это храм снова он бы не смог. Но он уносил с собой большее, нежели знание дороги или исписанный нетленными истинами пергамент - он уносил с собой мудрость тысячелетий. Он не спешил возвращаться в Берилл. Письмо настигло его в К'он Делоре, в Храме Чревоугодия "Полнолуние". В нем сообщалось, что вся его семья погибла в кораблекрушении, и что теперь он единственный наследник угодий и огромного состояния. "Мудрость - мудростью, а наследство - наследством", - решил он и поспешил в Берилл. С тех пор он Магнат. Он прослыл самым странным из всех берилльских дельцов. В его доме всегда курились южные благовония, на его приемах, когда таковые случались, гости возлежали на пушистых восточных коврах, а угощение не имело ничего общего с привычной в Берилле кухней. Его роскошный особняк стал приютом для каждого доходящего до Берилла дервиша, а сам он стал очень много торговать с востоком и югом.
|
