- Что, все ушли? - Инкуб покинул свое всегдашнее место за стойкой, оставив в покое очередной стакан. - Закрывай, Плющик!
    Ядовитый Плющ - очаровательнейшее существо. Никогда не подумаешь, что ее профессия - кабачный вышибала. Танцующей походкой она направилась к двери и задвинула тяжелый засов. В общем зале остались одни постояльцы, каковые, дабы скоротать вечерок за пивком и неспешной беседой стекались к самому большому столу.

    - Может, поведаешь одну из своих бесчисленных баек, Лоцман? - гася ненужные более светильники произнес Инкуб. - Ты ведь совсем недавно вернулся из какого-то путешествия...
    Названный Лоцманом вовсе не был моряком. Этот щеголевато одетый, обаятельный молодой человек был бардом. Не то чтобы особенно знаменитым и популярным, тем не менее...

    - Ну что ж┘ - Лоцман устроился поудобнее. - Только предупреждаю, история будет страшной.
    - Был у меня один приятель с дурацким прозвищем Тюря. В жизни ему не везло, как никому другому. Если его брали на работу, то обязательно мошенники, если деньги платили - то фальшивые. Да друзьями-то мы собственно и не были никогда, так, встречались изредка. Вот и совсем недавно тоже... встретились. Сижу это я на постоялом дворе где-то между Нефритом и Кубком. На улице хлещет совершенно жуткий ливень. Ночь. Постояльцев кроме меня всего человека три. Идиллия, в общем. Вдруг раздается стук в дверь┘

    Бум-бум-бум! Требовательно забарабанил кто-то.
    - Кого там принесло? - недовольно вопросила Цирцея, вторая охранница "Веселой Бочки".
    - Пустите, - раздался из-за двери жалобный голос. - Это я!
    Компания расслабилась. Явился Дикарь, их домашний бойцовый кот. Странное дело, вроде бы, нормальный парень, школу боевых искусств закончил год назад, работа пристойная. Единственной его проблемой всегда были женщины. Все время его тянуло к замужним, со всеми, так сказать, вытекающими отсюда последствиями. Вот и сейчас...
    - Что, ее муж нанял пятерых головорезов? - елейным голоском вопросила Ядовитый Плющ.
    - А, - неопределенно махнул рукой Дикарь и удалился умываться и переодеваться.

    - Так вот, - продолжил Лоцман. - Открывается дверь, и входит... Тюря. Я глазам своим не поверил, когда его увидел. Он, конечно, был мокрым, словно курица, зато при нем был роскошный посох, увенчанный огромным красным камнем, бархатное одеяние, покрытое каббалистическими знаками, преуспевающий колдун, одним словом.

    Сидящие вокруг стола люди снова обратились в слух. Паук изъял из кармана два яшмовых шара и стал привычно крутить их в ладони. ("Наемник?! Да ты оскорбить меня хочешь? Я солдат. Служу только в регулярных войсках. Никогда не опускался и не опущусь до продажи своего меча частным лицам"). Гробовщик взялся раскуривать трубку ("Все в этом мире бренно. Деньги по сути своей - ничто, обман, созданный для доверчивых простаков"). Вообще-то он бывший шулер и аферист. Ныне же - законопослушный гражданин, занимающийся оказанием околовсяческих услуг, связанных, как правило, с добыванием информации. Поговаривают, что он сталкер, хотя, может быть это и байки. Кукла занималась своими изящными ноготками ("Вы не понимаете, никакая я не бродяжка! На самом деле мои родители живут в Опале, они настоящие дворяне. Придет время, и я унаследую их огромное состояние"). Может быть, она и впрямь не простая красотка. По крайней мере перстень у нее на руке весьма даже впечатляющий. Мустанг сидел, сложа ноги на стол, и чистил ногти устрашающих размеров кинжалом. ("А я не верю в богов. Настоящий бог - это золото"). Он был заядлым кладоискателем, частенько отправлялся куда-то в непонятном направлении. Возвращался богатым, как Крез. Потом деньги кончались... Шляпа просто сидел и слушал ("Я никогда в жизни не убил человека. Жизнь - очень ценная штука, чтобы распоряжаться ей как попало. Пусть даже и чужой"). Этот тихий и скромный человек по началу производил весьма обманчивое впечатление, потому что на самом деле он был одним из ревностнейших служителей Церкви Разгневанного Ханумана.

    - "Теперь, когда я стал колдуном, мои неприятности кончились" - с важным и зловещим видом говорил Тюря. Вообще-то он представился Ливень, но я продолжал по привычке именовать его по-старому. Он рассказывал о почтении, которое ему оказывают его могущественные покровители, о тайных миссиях и великих свершениях. Чтобы его было лучше слышно, он взобрался на стул, как вдруг... - Лоцман сделал "страшные глаза". Слушатели затаили дыхание. - Вдруг... - Компания оставила свои занятия, и девять пар глаз выжидающе уставились на рассказчика. - Вдруг он поскальзывается и со всего размаху падает на пол!
    Компания залилась смехом, в кружки полилось пиво, вечер продолжался...
          

Обратно к списку