 |
Я, Лидия по прозвищу Недотрога, в настоящее время лекарь в армии Плясуна. Впрочем, и это не плохо. А куда бы мне деваться, если бы не Тэньгу. Хотя лучше рассказать обо всем по порядку. Я родилась в 530 году в замке Дольмен, принадлежавшем моему отцу барону Арману Сенджак-Дольменскому, это просто какой-то закон: чем мельче дворянин, тем громче у него титул. Наша семья не принадлежала к числу богачей, кроме упомянутого замка мы владели лишь небольшим клочком земли. Зато принадлежала к самым древним. По семейным документам, большая часть которых погибла во время последнего пожара, род существовал еще до времен Владычества, хотя никогда ничем особенным не выделялся. Разве что особой воинственностью его членов, ревностно следивших за целостностью своих владений и не упускавших случая расширить их за счет соседей. Поговаривали, что во времена Владычества попал в немилость у прежних правителей. Уж не знаю, чем мы не понравились покойному Властелину, но моим предкам даже пришлось перебраться сюда, на юг, где они затерялись среди местных жителей. Мой отец не унаследовал ни воинственного жара, ни надменной гордости своих предков. Обычный мелкий дворянчик, озабоченный охотами, хозяйством и спорами с женой, ревновавшей его к каждой юбке. Моя мать не была аристократкой. Она принадлежала к разбогатевшим купцам из Берилла, вероятно, мой отец таким образом собирался поправить свои финансовые дела. Поэтому Розалина, так звали мою мать, была просто помешена на разговорах о знатных родственниках и светском этикете. Кроме меня, в семье было двое старших братьев, на пять лет и на два года старше меня. Понятно, что я вместе с братьями участвовала в исследовании замка и экскурсиях по окрестностям. Боясь насмешек, я старалась никогда не показывать, что я боюсь, или устала. Я научилась скрывать свои чувства, и казаться веселой, когда мне грустно. Как и положено, я получила неплохое образование. Меня научили читать, писать, танцевать и даже рисовать, а заодно с братьями - фехтованию и верховой езде. Ведь учителям все равно нужно было платить за уроки, а не количество учеников. Когда мне было тринадцать, моя мать заболела, и так сильно, что живший в замке лекарь только разводил руками. Отец, как и все в их роду, отличавшийся завидным здоровьем, настолько испугался, что даже привез врача из города, хотя его услуги стоили весьма недешево. Это был еще молодой человек, щеголевато одетый и с манерами аристократа. Но меня он поразил не этим. Он так умно говорил, и знал, как мне казалось, все на свете. Я вызвалась помогать ему. К тому времени я уже узнала некоторые травы от жившей в соседней деревне старухи, которую окрестные жители считали колдуньей, но которая, при этом всегда хорошо относилась ко мне. Поэтому я считала, что разбираюсь в медицине, по крайней мере не хуже его. Сначала городской врач посмеивался над своей помощницей, но мое усердие и интерес ко всему новому понравились ему. Он начал потихоньку учить меня и часто разговаривал со мной. Он рассказывал мне о Берилле, который находился неподалеку, но в котором я никогда не была, о студенческой жизни, о разных интересных вещах и даже о временах Владычества. Ведь в моем воспитании история была представлена только историей моих предков. Нужно заметить, что во мне он нашел благодарную слушательницу. Боясь показаться ему глупенькой провинциалкой, я кивала головой с умным видом, даже если я чего-то не понимала в его рассказе, а потом старалась потихоньку узнать у кого-нибудь, что означает то или иное слово. Вскоре моя мать выздоровела, что казалось всем обитателям замка чудом. Только не мне. Я теперь знала, что было сделано для этого. Вскоре мой новый знакомый уехал в город. Накануне он долго говорил с моим отцом, кажется, он объяснял ему что-то, на что мой отец не соглашался. В замке все стало по-прежнему, но я изменилась. Мне уже не хватало нашего маленького имения. Сердце мое рвалось на простор. Теперь у меня были другие мечты и надежды, которые не мог понять никто в замке. Так прошло три года. В 546 году мне исполнилось шестнадцать, и отец решил вывезти меня в Берилл, в высшее общество. Я согласилась, с условием, что поступлю в медицинский колледж. Отец согласился, уверенный, что блеск высшего света быстро заставит непослушную дочь забыть о разных глупостях. Но все получилось не так. Я поступила в университет и начала изучать медицину. Обучавшиеся там парни сначала смеялись надо мной, но я не обращала на это никакого внимания. От природы я обладала хорошей памятью, а, кроме того, усердием и желанием научиться всему, что знали мои наставники. Скоро учителя стали ставить меня в пример, а студенты начали смотреть на меня, как на своего товарища, и все чаще просили в чем-нибудь помочь, или что-то объяснить. Зато отца я разочаровала. Светских щеголей я отгоняла несколькими едкими словами. Поняв, что я не собираюсь влюбляться в великовозрастных балбесов с тугим кошельком, мой отец стал возлагать надежды на студентов, среди которых было немало юношей из богатых семей. Но и здесь его поджидала неудача. Я вовсе не собиралась выходить замуж. И тем более забрасывать медицину. Скоро отец уехал обратно в имение, поручив меня дальней родственнице со стороны матери, полу глухой, но ужасно любопытной старухе. Я прожила у нее все то время, пока училась в колледже. Примерно в это же время я познакомилась с Тэньгу, притом весьма интересным образом. Однажды в сумерках ко мне настойчиво и громко постучали. Выглянув через смотровое окошко в двери, я встретила взгляд серых нахальных глаз, поблескивающих сквозь прорези полумаски. Человек торопливо прошептал: "Вы врач?". Я, разумеется, ответила "да" и открыла засов, полагая, что незнакомцу нужна помощь. Ему, пожалуй, помощь нужна была очень и очень, но не от врача: за его спиной, подпирая стенку, маячила серая фигура в лохмотьях. Деревянная чаша в руке недвусмысленно указывала на то, что такое этот серый... Фобиден. Парни-медики давно поговаривали, как здорово было бы изловить подобное существо и посмотреть, из чего оно сделано. Но, насколько я знаю, никто так и не рискнул... А тут фобиден сам шел ко мне в руки┘ или просто ко мне, со всеми вытекающими из этого последствиями. Но бежать было некуда, а закрыть дверь я уже не успевала. Но человек, с которым я беседовала, отнесся к фобидену более чем спокойно. Не убежал и даже поддержал его за локоток! Фобиден глухо выругался. Вот уж не думала, что оно еще и говорит! А может, они еще и едят┘ не человечину ли? Фобиден меж тем сел на ступеньку лестницы и снял тряпку с лица. Я думала, что помру на месте, но под тряпкой оказалось обычное человеческое лицо, немного бледное и изрядно перепачканное кровью. Парню было явно не по себе, так что пришлось забыть о любопытстве и заняться делом. Его спутник тем временем исчез, оставив мне щедрую плату. Мой гость оказался неразговорчив, и кроме клички, мало что рассказал о себе: "Паршивая овца, профессия - искатель приключений, награда за голову в 100 цехинов, но мне почему-то ни гроша не перепало". На следующее утро он растворился в закоулках Берилла, но обещал захаживать. И действительно, захаживал, да еще с подарками - то редкой травой, то книгой, то просто с бутылкой хорошего вина. Ничего выходящего за рамки приятельских отношений. И ничего, что намекало бы на его прошлое или настоящее. Я закончила колледж уже во время войны, и вернулась домой, попросить у отца денег на открытие собственной практики. Увы, замок был пуст и носил следы страшного разгрома. Почти все, что было ценного, прибрали к рукам захватчики. Наверное, они вывезли оттуда не одну подводу всякого добра, а что не смогли вывезти - сожгли. Все документы, принадлежавшие нашему роду и касающиеся его истории или владений, были украдены, или сгорели - кроме тех, которые я отвезла в библиотеку Академии, чтобы снять с них копии. Соседи дружно уверяли меня, что в замок ворвались враги, но я подозревала, что, под прикрытием начавшейся войны кто-то просто разгромил замок и поджег его. Возможно, те же самые соседи, а может быть и кто-то другой. Говорили, что замок взяли за одну ночь, в то время как снаружи его нельзя было захватить из-за крутых и обрывистых склонов горы, на которой он был расположен. Над скалами возвышались мощные стены и высокие башни, а прорыть подкоп было невозможно из-за твердого камня. Вероятно, кто-то открыл ворота изнутри. Так я потеряла все. Мне осталось только вернуться в город. С тех пор положение мое изменилась. Тетка только и делала, что ругала меня, но я сносила все, и куда мне было деваться. Однажды в городе я снова встретила Тэньгу. Я бы не узнала его, если бы он не окликнул меня. По его совету я приехала в лагерь Плясуна, помахала лекарской лицензией и за бесплатно получила практику, даже с избытком.
|
