Возразить было нечего. До смены оставалось еще более двух часов, и Разящий был рад покинуть надоевший коридор внутренних покоев чуть раньше срока. Обух повел их прямиком в оружейный покой. На пороге их встретил пожилой брат Молот, бессменный хранитель оружейного покоя уже на протяжении 12 лет.
    - Покоя Разневанному! - так же бодро рявкнул Обух, - Молот, приказ магистра.
    - Покоя, покоя, - пробурчал Молот, - чего надо-то?
    - Полубратья, - оборотился к Мстителю и Разящему Обух, - копья оставить, форму снять, наденьте легкие нейтральные доспехи, Мститель - меч и пара метательных ножей, Разящий - секира и метательный топор.
    - Во имя Разгневанного, - мрачно пробурчал Мститель, отставляя в стойку копье и начиная стаскивать через голову зеленую тунику полубрата ордена.
    - Во имя, - несколько более бодро, как показалось самому себе, - сказал Разящий, устанавливая копье рядом в стойку. В это время Молот уковылял куда-то вглубь оружейки. К тому времени, как кожаные стеганые куртки без особых знаков - любимые доспехи наемников и искателей удачи, в ордене именовавшиеся "Нейтральными доспехами", - были надеты, Молот появился, неся меч для Мстителя и любимую секиру Разящего.
    - Да, - подумалось Разящему, - не зря потрачено столько цехинов для подпаивания старого оружейника, - оружие у меня всегда - самое лучшее среди полубратьев.
    Оставив Мстителя выбирать метательные ножи, Молот поманил Разящего в свою комнатку в дальнем углу оружейки. Когда Разящий зашел туда, Молот развернул какую-то тряпку и на свет появился блистающий зеленоватыми отливами металла двулезвийный метательный топор. На обоих лезвия красовался известный всему побережью Моря Страданий символ.
    - Оружие из Котла, - выдохнул Разящий, - зеленая сталь!!!
    - Послушай меня, мальчик, - непривычно серьезно начал Молот, - я стар. Вчера магистр вызвал меня и спросил, не хочу ли я рекомендовать вместо себя полубрата. Моя служба Ордену закончена. Я рекомендовал тебя. Сегодняшний выход - испытание для тебя. Если ты покажешь себя хорошо - быть тебе главным хранителем оружия Ордена, а значит, Братом ты станешь не позже, чем через полгода - должность-то подразумевает, что занимает ее Брат. Не подведи меня, сынок.
    На подгибающихся ногах Разящий вышел из оружейки. Зеленоватый металл франциски, привешенной к поясу, прикрывала пола кожанки, и видно было только древко, вполне стандартное. Поэтому Обух не обратил на нее внимания. Он, снявший плащ брата и оставшийся в одной кольчуге поверх простой туники, также перестал напоминать орденца. На его поясе висел длинный тяжелый меч и массивный кинжал с усами для захвата и блокировки вражеских клинков.
    - Вперед, - рявкнул гигант, являющийся по сей день одним из самых страшных в свалочном бою мечевиков Ордена, - и тройка неприметных наемников вышла через потайной выход на проспект 33 Хромых.

    - Итак, - начал Обух, - задание. Сейчас мы идем к Братоубийце. Там сидит человек, имя которого - Граф. Он хорошо одет и является завсегдатаем большинства элитных кабаков города. На самом деле, - Обух понизил голос почти до шепота, - Граф - один из лучших агентов Дома-у-Моста. Мы узнали об этом случайно, от верных людей. Так вот... В городе завелся черный колдун. Приносит жертвы, поднимал мертвых. Мы не знаем, где он, а Граф - знает. По сведениям, именно сегодня ОНИ (Обух изобразил ладонью перевернутую лодочку - обозначение "МОСТ") пойдут его брать. Нам нужно дождаться, когда они схватят его, напасть и убить колдуна.
    - Аспид будет? - с интересом обратился к брату Обуху Мститель.
    - Если мы сняли плащи и туники, Мститель, - так же тихо продолжил Обух, - это еще не значит, что стоит забывать установленные формы обращения полубрата к брату.
    - Признаю свою вину, брат, и прошу мудрости твоей, - потупив глаза, сказал Мститель.
    - Другое дело, - довольный Обух вдруг нахмурился, - а Аспид будет, конечно. Куда без него, мерзкого слизня... Приказ по нему тот же - ни единого волоса...
    - Верны Разгневанному, брат, - решился вставить слово немного отошедший от услышанного от Молота Разящий, - приказ насчет Аспида помним.
    Троица вышла на площадь. Сегодня базар буквально бурлил - наемники, сошедшие с кораблей, спускали добычу. К Вратам Рассвета утягивались последняя колонна полка Кобры - Плясун покидал город, выдвигалась к полевому лагерю.
    Разящий шел и думал о странном приказе, который отдал магистр. Ни одного колдуна, находящегося на службе города, ни Алую Мантию, ни сволочугу Аспида, ни даже каргу Ехидну трогать было нельзя. Под страхом отлучения и проклятия. Как-то считалось, что, если колдун служит Бериллу, значит, черной магией он не занимается. Эта мысль всегда казалась Разящему спорной. Он подумал, что когда станет Братом и будет участвовать в совете Братьев, обязательно обсудит этот вопрос с другими. Может, просто полуБратья знаю не все...
    - Вот, - уже совсем тихо сказал Обух, - выходит. Успели, слава Разгневанному.
    Из дверей трактира "Братоубийца" действительно показался хорошо одетый человек. Более всего ему подходило описание "Без особых примет". Раскланявшись с каким-то молодым купчиной и послав воздушный поцелуй даме, человек неспешным шагом двинулся по направлению к Дальней Срани.
    - Эй, парни, - вдруг обратился к Обуху тот самый купец, с которым поздоровался Граф, - вы же наемники?
    - Ну, - неодобрительно косясь на него, пробурчал Обух, - а твое какое собачье дело?
    - Нанять Вас хочу, - ответил тот, понизив голос.
    - Через три часа в Братоубийце, - резко бросил Обух и, повернувшись к полубратьям, рявкнул, - ну, чего стоим-то? Нас уж, поди, заждались. - и пошел вслед за удаляющимся Графом.

    Нагнали Графа они тогда, когда к нему присоединились еще трое личностей самого подозрительного вида. Один выглядел, как форменный нищий из Срани, один походил на наемника, один - на писаря или приказчика какого. Все четверо двинулись от Моста к кофейне "Однорогий Бык", откуда вышел сам Аспид, язва здешних мест. Обух, Разящий и Мститель в это время стояли у прилавка какого-то уличного торговца и перебирали разложенные там кинжалы и ножи. Аспид оглядел улицу, задержал взгляд на них, затем отвел и кивнул. Все оперативники Дома-у-Моста, теперь числом пятеро, двинулись в сторону Дальней Срани. Орденцы последовали за ними только тогда, когда они скрылись за поворотом.
    У крайних домишек Срани играли пацаны, оборванные, грязные, шумные. Обух подошел к ним и о чем-то поговорил. Мелькнули мелкие монеты и оборванцы бросились бегом искать приметную пятерку оперативников. Троица орденцев остановилась здесь.
    - Их четверо и Аспид, - задумался вслух Мститель, - а нас трое. Когда мы убъем колдуна, руки у них будут развязаны. Еще бы хоть парочку полубратьев, брат Обух?
    - Справимся, не бзди, - отмахнулся Обух.
    Прошло около десяти минут, показался пацан. Вслед за ним Обух, Разящий и Мститель вышли по каким-то совершенно жутким и смердящим подворотням к покосившемуся домику. Тут они увидели, как Граф с нищим уходят куда-то за домик, приказчик с наемником стоят прямо на засранной улочке, а расположившийся невдалеке Аспид присел на корточки и, опустив голову, прикрыл глаза. Его губы постоянно двигались.
    - Уф-ф, - с облегчением выдавил Мститель тихо, - колдовать начал. Опять повезло. Нас, стало быть, не засечет уже.
    - Точно, - поддержал его Обух, - и вправду повезло:
    На этих словах Брата Аспид поднял голову и кивнул. Наемник с приказчиком ломанулись в дверь. Аспид поднялся и двинулся за ними.
    - Началось, - шепотом сказал Обух, - ближе.

    На кривую улочку орденцы вышли как раз в тот момент, когда Аспид скрылся в дверях. В доме были слышны грохот переворачиваемой мебели, треск разлетающихся глиняных горшков, раздался чей-то вопль. Разящий, выдвинувшийся по знаку Обуха вперед, перехватил секиру поудобнее и подошел к двери...
    Как раз в тот момент, когда из нее выходил Граф. Р-раз, и обух тяжелого топора пришелся точно по голове агента Дома-у-Моста. Оглушенный Граф беззвучно опустился в пыль прямо на пороге дома. Разящий заглянул в дверь. Халупа оказалась двухкомнатной, что для Дальней Срани даже роскошно, и в комнате, в которую вела входная дверь, не было никого. В другой комнате шла азартная возня с криками "Тщательней вяжи" и "Извивается, гад". Мститель и Обух отволокли Графа от входа и затаились сами. Через пару минут из двери показались Аспид, троица агентов и связанный человек с кляпом во рту. Все агенты начали недоуменно вертеть головами. Спрятавшиеся за кучей мусора орденцы, наблюдали за ними сквозь дырки в мусоре.
    - Ну, ребята, - тихо произнес Обух, пробуя пальцем заточку давно извлеченного на свет Хануманов меча, - пора, храни нас Разневанный.
    - Давай, Разящий, - прошептал Мститель, - тебе начинать.
    Мягко прошелестел в воздухе, описывая зеленоватые круги, двулезвийный топор из Котла. Просвистев буквально в трех пальцах от руки Аспида, он воткнулся туда, куда и метил Разящий - прямо в живот связанному человеку. Обогнав Обуха буквально на шаг, Разящий бежал на обнаживших клинки приказчика и наемника. Аспид, отпрыгнув на пару шагов, начал выкрикивать какие-то бессвязные и бессмысленные фразы.
    Ловко увернувшись от меча приказчика, Разящий кинулся прямо на связанного колдуна, с секунды на секунду ожидая заклинания от Аспида. И тут, почти одновременно с лязгом мечей справа за спиной (Обух сошелся сразу с двумя противниками) прямо в грудь Разящего ударился метательный нож. "Нищий, падла", - подумал Разящий и увидел, как мимо головы нищего, вынимающего откуда-то из своего тряпья второй нож, свистит метательный нож Мстителя. Нищий пригнулся и отскочил в сторону. Остановленный Разящий глянул на грудь. Доспех явно выдержал. Тогда в два прыжка он оказался около связанного колдуна и одним махом снес ему башку. После чего оглянулся. Аспид продолжал выкрикивать какие-то заклинания. Толку пока было не видно и Разящий поуспокоился. Нищий запустил своим вторым ножом в Мстителя, тот ответил ему тем же. Обух играючи держал обоих своих противников, действуя мечом и кинжалом, как на тренировке. Разящий бросился бежать. Увидев, что дело сделано, Обух выбил меч у наемника, ощутимо пнул по колену приказчика и припустил следом. Мститель, которому из-за доспехов метательный нож нищего не смог причинить особого ущерба, тоже бросился наутек. Погони за ними не было.
          

Обратно к списку