![]() |
|
В рождении этого человека не было ничего романтичного или необыкновенного. Заноза (таково было его первое детское прозвище) был сыном одной из приличных (если в данном случае применимо это слово) шлюх. Кого именно угораздило стать его отцом - ни он, ни его маман не знали. В принципе, можно было, конечно, очертить список кандидатур и подобрать подходящего папочку. Однако, когда Заноза стал об этом задумываться, его матери уже не было в живых: прирезали на улице, когда припозднилась. Так в довольно юном возрасте Заноза оказался беспризорником. Ему не улыбалась участь уличного попрошайки или вонючего обитателя Дальней Срани, поэтому он стал искать себе занятие по душе. Следующие несколько лет его мотало по городу. Заноза сменил несколько видов деятельности, от карманничества (коим увлекался недолго, поняв, что риск не стоит денег) до должности не то пажа, не то привратника у какой-то стареющей мадам.
В общем-то по-настоящему нищим он никогда не был. И деньги водились, и как-то без крыши не оставался. В основном за счет женщин. Они кормили его, давали денег, предоставляли кров (благо, Берилл полон богатеньких дамочек, город равных возможностей). Он сменил штук шесть покровительниц, можно даже сказать "вошел в моду"!, пока однажды на приеме не встретился с Химерой. Супруга одного из магнатов была официальной городской колдуньей. Заноза быстренько понял, что если очарует ее, у него появится шанс выйти наверх. Быть альфонсом - хорошее занятие, но молодость и выносливость когда-то закончатся, пока до этого далеко, конечно, но... Он чувствовал в себе силы на гораздо большее, чем быть эскортом очередной богачки. Химера была странной дамой, но, тем не менее, женщиной, и перед его обаянием не устояла. В этот же год муж Химеры был избран Синдиком и началась Нежная Война. Но мало кто из местных сливок покинул город. Блистательное общество продолжало давать обеды, заниматься бизнесом и шумно кутить. Химера была всеми уважаема, но Занозу сей высший свет принимать отказывался. К нему относились как к вещи, как к забавной зверушке, но никто не принимал всерьез. Клеймо "жиголо" прочно приклеилось у него на лбу. Заноза злился, но ничего не мог поделать. Они много раз обсуждали с Химерой эту неловкую ситуацию, но без малейшей пользы. Заноза утешался мыслью, что все равно пробьется, потому что дельцы - это не опальские дворяне, они заносчивы, но не глупы. И искал случая проявить себя во всем блеске. Случай представился, но ни малейшей заслуги Занозы в том не было. Случай и есть случай, капризный любовник. Семейная пара магнатов-кораблестроителей погибла где-то в море. То ли пираты напали, то ли на рифы напоролись. Бывает. Война, все-таки. У них в Берилле остался малолетний сын-наследник, который по закону еще не мог управлять монополией. Подделать документы о дальнем родстве -ничего сложного, не брат же родной все-таки. Только из Опала некстати приехал двоюродный дядя малолетнего наследника, чтобы стать опекуном. Решение пришло само собой: нужно сделать так, чтобы родственничек устранился. Сие тонкое дело было поручено одному изворотливому типу. Как именно он добился самоубийства предполагаемого опекуна, никто уточнять не стал, но дело в Доме-у-Моста почти сразу закрыли, за неимением состава преступления, и бывший Заноза был назначен опекуном мини-магната. Ребенок оказался, во-первых, уже не совсем ребенком, а во вторых, совершенно невыносимым человеком. Опекун с удовольствием пристукнул бы этого Босса, но приходилось терпеть и налаживать контакт. Теперь ему стали доступны (по крайней мере, до совершеннолетия парня) государственные должности. Только Синдик проявил чувство юмора, и Занозу назначили министром культуры, устроителем городских праздников. Если бы какой-нибудь маг не поленился заглянуть в мысли новоиспеченного министра, или если бы Заноза мог силой мысли исполнять свои желания... Но, как говорится, "близок локоть"... С одной стороны, хотелось плюнуть на все и сбежать куда-нибудь в другой город (терпеть унижение бесконечно, пожалуй, никто не сможет). С другой стороны┘ А с другой стороны - массовые праздники в Берилле приносили огромный доход и составляли основу благосостояния магната виноделия - госпожи Капитана. Появилась возможность взять ее за горло. Именно ей Заноза обязан тем, что высокопоставленные лица знают о его прошлых клиентках и вообще о его образе жизни. Злой язык госпожи Капитана сделал Занозу в глазах общества тем, что он есть сейчас: игрушкой Химеры, домашним любимцем. Неправда! Его нынешнее положение объясняется не одним лишь стремлением возвыситься. Ему нравится общество Химеры, ему комфортно с ней. Можно сказать, что Заноза ее любит. Возможно, именно ее присутствие и удерживает его в кругу стареющих богачей, было бы куда легче завоевать симпатии магнатов будущих. Заноза еще не решил, чем станет госпожа Капитан: его пешкой или покойницей. Разумеется, он держит себя в руках и расточает любезности этой стерве, потому что она имеет немалый вес, и к ее мнению прислушиваются. За Алой Мантией он когда-то пробовал ухлестнуть. Даже изучил сложный опальский этикет, коим большинство местных дельцов пренебрегают. Не преуспел. Ее холодность относится к нему совершенно в той же мере, что и ко всем остальным. Заноза ограничился почтительными знаками внимания. Спешить не стоит. Гордая колдунья -возможный союзник, притом весьма привлекательный союзник. Лучший из возможных, если разобраться. Вот например, Синдик. Неплохой дядька: умный, в меру циничный, с превосходными деловыми качествами. Отношения с ним имеют наиболее позитивный характер, притом без специальных ухищрений с обеих сторон. Но это потому, что синдик много выше, и лучше не пытаться сойтись с ним. Щекотливость подобного схождения очевидна. С Понтификом храма Ханумана отношения хорошие. Хотя весьма вероятно, что симпатии жреца по большей части куплены богатыми дарами и пожертвованиями храму. Альфонсу Занозе было нечего делить с прежним ректором, а с новым вечно занятой министр культуры все не мог толком познакомиться. Госпожа Ректор сама тащила немалый воз и канцелярщины, и преподавания, и еще боги знают чего. И подчиненные у нее вкалывали не хуже грузчиков. А вот интриг она всеми силами избегала. Непонятно, чего от нее ожидать. Ректор не станет ссориться первой - и на том спасибо. Итак, самых выдающихся персон высшего света, за редкими исключениями, Заноза мечтал увидеть в гробу (фигурально выражаясь, разумеется). Почти все они успели наговорить и сделать ему много такого, что простить и забыть весьма трудно. В число исключений входили, помимо дам (госпожа Капитан была исключением из исключения: ее Заноза тихо ненавидел за постоянные подначки и издевательства) двое мужчин. Один -потому, что сам по себе ничего не значит. Другой┘ Другой был Барракуда. Барракуда, странный и замкнутый, общался с ним только в третьем лице и сквозь зубы. С первого взгляда ясно, что с ним не получится ни добрых отношений, ни вообще общения. Хотя, кто знает┘ Но пока перед Барракудой Заноза пасовал и всячески избегал оказываться с ним в одной компании. Наугрим, наоборот, понятен. Новый здесь человек. Это во многом развязывает руки. Еще не успел впитать отношения всеобщего презрения, так что обаять его много проще, чем кого-либо другого. Это стоит использовать, или хотя бы приберечь на черный день, как козырь в рукаве┘
|