Древний караванный путь из благословенного Моуристана в Арамаун далек, долог и труден. Первые горы, встающие на пути – Джебаль-аш-Шахрум. Они невысоки, легко проходимы, и дорога из Хадиффы, углубившись в них, выходит на перевал Хоссан-Бархеле, что означает «Конь и Мул». Это говорит знающему, что через сей перевал можно легко проехать, не сходя с седла, чего не скажешь о следующих перевалах, где лошадей и мулов ведут в поводу, а на третьем перевале людям приходится помогать животным, подталкивая и вытягивая их.
С Шахрума путь спускается в долину Тиаффа - «Гостеприимная». Там протекает речка, есть небольшое озеро и живут вполне мирные тагиры, родственные по языку и дружественные народу моури. Там караваны делают первую остановку, отдыхая и запасаясь провиантом для перехода через более суровые и высокие горы Джебаль-аль-Михраль, через перевал Тастур, что означает «Осторожно!», «Берегись!». И горы и перевал выше предыдущих. На некоторых вершинах Михраля летом не тает снег. За Тастуром природа более сурова, так как тамошняя долина расположена гораздо выше Тиаффы.
Эта долина носит имя Вади-ар-Рахман, то есть «Долина милости», говоря тем самым, что велика милость богинь Аль-Лат и Аль-Манат, если караван пройдет эти места без потерь. Здесь начинаются земли независимых, смелых и суровых горцев хаджар. С ними можно и нужно договариваться, но надо быть начеку, ибо хаджары хитры и не прочь пограбить, а все выходы из долины легко перекрыть. Но моури считаются с хаджарами, ибо те добывают золото, которого много в их горах. Здесь, благодаря торговле и уму, купец спасает свой караван от возможных нападений – хаджары не настолько глупцы, чтобы совсем губить «тропу золотоносных муравьев».
Но как ни рискованно задерживаться в земле хаджаров, а необходимо подготовиться к самому трудному переходу через третий хребет – Джебаль-аз-Захаб, Золотые горы, именованные так из-за того самого золота, которое добывают хаджары. Но эти горы назвать бы не Золотыми – это самая высокая и снежная горная цепь, и перейти ее труднее всего. На север ведет всего один проходимый лошадьми высокогорный перевал, носящий красноречивое имя Раббэна Шалик – «Боги да сохранят тебя!», а северные арамаунеро называют его Плечо Смерти. Там очень холодно и даже летом бывают снежные бури, и часто гибнут там вьючные и верховые животные и иногда даже люди. Большое счастье перейти Полуденные горы с малыми трудностями. Для этого купцы обычно нанимают проводника из хаджаров и щедро ему платят. Тот, кто заплатит мало или попытается обмануть, может горько пожалеть об этом, если останется жив.
Далее дорога сходит в долину Вади-ад-Джаддар, где живут горцы джаддар. Арамаунеро называют их гуадаро, а долину Гуадаренья. Джаддар не подвластны никому, их язык совсем особый и ни с каким иным не схожий, а обликом они похожи на арамаунеро. Долина их гораздо ниже и благодатнее хаджарских земель, но выше Тиаффы. На южном склоне Полуденных гор меньше снега, он положе и там легче спускаться, поэтому хаджарские проводники обычно провожают караван немного ниже перевала и затем возвращаются обратно, ибо с джаддарами у хаджаров отношения немирные, и одинокому хаджару лишний раз появляться в земле джаддаров не след – могут зарезать. Здесь караван отдыхает после трудного перехода, прикупает лошадей взамен погибших и готовится к переходу через последнюю горную цепь – в Арамаун.
Эти четвертые и последние горы – Зельзели-ад-Джаддар, или Сьерра-Гуадаро, они не очень высоки, но скалисты, извилисты и изрезаны, и через них из долины ведет всего один перевал Надежда Купца. Несказанное облегчение охватывает караванщика, взошедшего на этот перевал – если он шел с юга. Для того же, кому эти горы еще пересекать, это тоже надежда, что все будет хорошо.* Отсюда начинаются земли королевства Арамаун. Караван спускается вдоль левого берега реки Иджаль в долину Куанту, где расположен город Альбадо-и-Монте, и далее вдоль реки на северо-запад в первый на пути большой торговый город Арамауна – Соаль.
_______________
*Вариант перевода: «Здесь поистине вздох облегчения вырывается у караванщика, наконец-то перешедшего все эти горы – если он шел с юга. Тому же, кто шествует с севера, надо набраться надежды, что все будет хорошо.«