Отметим, что внутри социальных прослоек все осталось, как и раньше: бароны и графы могли по - прежнему вести между собой куртуазные беседы, стиль которых не менялся на протяжении предыдущих 200 - 300 лет. А разговор двух простых горожан века XVI вполне годился и для горожан, скажем XIV века. Но в течение подобных бесед и разговоров, наряду с иными "новшествами" XVI века вклинивалась еще одна новая тема: католики и гугеноты.

Причины изменения взаимоотношений между социальными слоями следует признать весьма существенными. Вот они: во - первых, изрядная "уценка" и обнищание массы дворян. Упала цена рыцаря на войне, а серьезные экономические сдвиги привели к падению уровня феодальных рент, что, в свою очередь, привело к массовому разорению и нищете мелкого дворянства.

Во - вторых, необычайный подъем промышленности привел к богатству и укреплению класс буржуа - горожан. Далеко не редкостью было тогда увидеть в Париже, к примеру, цехового старосту каких - ни будь ткачей, разодетого куда богаче, чем иной провинциальный барон.

С развитием юриспруденции расплодились целые коллегии разнообразных юристов, в подавляющем своем большинстве бывших выходцами отнюдь не из дворян, но, однако же, занимавших важные государственные посты. Добавим сюда появление и расцвет изрядного количества фехтовальных школ и сообществ, которые за деньги были готовы учить боевым искусствам кого угодно.

Таким образом, буржуа в XVI веке догнали, а по многим параметрам - уже и обогнали дворян, большинство из которых у же не могли относиться к горожанину, как к человеку "второго сорта". Ведь этот горожанин имел свой собственный дом, одевался богаче многих дворян и был вооружен парой пистолетов и длиннющей шпагой, которой недурно владел.

Художественная литература дает немало примеров и весьма уважаемых буржуа, и, скажем, чуть ли не дружеских взаимоотношений господ со слугами. Вспомним мэтра Ла Юрьера, хозяина гостиницы из "Королевы Марго", жестокого убийцу гугенотов в стальном шлеме и с аркебузой в руках, или великолепного Планше, который начал свою карьеру слугой (а по большому счету, просто другом) д'Артаньяна, а дошел до командира целого войска фрондеров в "Двадцать лет спустя".

Солдаты XVI века были уже не те "пешки", что, например, во времена Крестовых походов. Во - первых, огнестрельное оружие немало повысило "цену" простого пехотинца на поле битвы, а во - вторых, солдаты, вооруженные подчас мощнее дворян, не позволяли обращаться с собой, как с простыми крестьянами. Вполне могло быть, что уважающий себя солдат - ветеран в ответ на "наезд" со стороны иного дворянина мог положить руку на эфес шпаги и сказать: "Если вы, сударь, намерены меня оскорблять, то смею вам заметить, что я вооружен и могу постоять за себя. Что вам угодно?" Конечно, были и дворяне, вроде Атоса, которые неблагородных не ставили ни во что, не взирая на любые заслуги и вооружения, но отметим, что таковой дворянин не снисходил бы до ссор с солдатами - он бы их просто старался не замечать.

Если читателя интересуют более тонкие нюансы и подробности человеческих взаимоотношений времен религиозных войн, то будучи не в силах охватить все стороны этой темы в данном кратком очерке, мы отсылаем всех интересующихся к списку рекомендуемой литературы.

PS
Напоминаем обращения к обладателям титулов:
Шевалье - месье, сударь.
Барон - ваша милость.
Виконт - ваша милость.
Граф - ваше сиятельство.
Герцог - ваша светлость.