Стенограмма семинара Сергея Толмачева "Ролевое движение и партийное строительство".
Вступительное слово Толмачева.
РД зародилось в девяностых как увлечение кучки людей, представивших обществу нечто новое. В качестве живого организма РД прожило несколько кризисов:
Тезис Если сейчас РД не обретет формальные структуры, оно умрет. Сейчас в Думе обсуждается Закон РФ о партиях, согласно которому должно произойти укрупнение общественных образований: они должны насчитывать более 10000 членов, иметь представительства не менее, чем в половине субъектов РФ, участвовать в выборах внутренних структур не реже раза в пять лет. У нас уже есть такая структура. Именно сейчас мы находимся в моменте перелома, когда еще возможно встроиться с систему и сохранить РД, поскольку если именно сейчас не заняться формированием структур, через некоторое время РД умрет. Однако очевидно, что для строительства структуры нужна какая-то идеология, вот именно это я и хотел бы обсудить; давайте посмотрим, что мы можем, чего мы не можем, стоит ли вообще лезть в политику, в это грязное дело... Как сказал один великий деятель, если ты не занимаешься политикой, она потом приходит и занимается тобой.
Обсуждение
Бережинский: Сергей сказал, что без создания формальных структур движение умрет как таковое. Я хочу предложить неожиданную вещь: а пусть оно умрет. Современное РД включает в себя совершенно разнообразные, разнотолковые конгломераты, что стоит сначала убить, а потом родить нормальное РД.
Берелехис Александр: Народ, представьте себе, что мы филателисты, и у нас на руках марок на несколько миллионов долларов. Сейчас не важно, чем мы занимаемся, ролевыми играми или собиранием марок, важно, что сейчас здесь собрались люди и в их числе большое количество руководителей разных клубов, организаций и т.п., у нас есть большой потенциал. Что нам нужно для продвижения, продвижения в том числе и ролевых игр? Нам нужна власть. Поэтому давайте поговорим о том, как нам захватить власть. Мы не сможем отстаивать свои интересы иначе, чем захватив власть. Организовывать нечто на уровне городов, районов - это все хорошо, но посредственно, поэтому давайте идти во власть, это радикальный метод, если он не получится - ничего страшного, навыки уже есть.
Лазарев Олег: Действительно, здесь сейчас много замечательных людей, руководителей разнообразных клубов, которым действительно есть необходимость идти во власть. Я слушал сегодня замечательный тезис, что ролевое движение умрет, если мы немедленно не устроим партию... полу-партию... квази-партию... не важно. У меня есть ощущение, что вот сейчас РД представляет собой некую абсолютно бардачную, т.е. иначе говоря - самоорганизующуюся структуру, и если мы устраиваем некую организацию, то мы его все равно убиваем в том виде, в котором оно есть и начинаем на нем работать как на совершенно ином. Так вот, имеет ли смысл нам заменять то движение, которое сейчас есть, на то, которое мы хотим увидеть?
Вагаев Андрей: РД не умрет независимо от того, что эта кучка людей задумает. Разговоры об умирании, коммерциализации я слышу уже не первый год, речь совершенно не о том, просто возникла кучка людей, которым уже мало существующего положения. Сейчас нужно просто понять, чего мы хотим.
Толмачев Сергей: Вообще говоря, вопрос не о том, умрет или не умрет, поскольку эта система живая, бардачная, она подобна некоему живому, самоорганизующемуся организму, это открытая система, поэтому сейчас мы находимся в некоторой точке бифуркации, когда малейшее действие может повернуть историю РД. Если в этот короткий момент, а это примерно год, не будет создано каких-то ассоциаций, хотя бы российского общественного движения (но и здесь есть достаточно серьезные сложности, ограничения и фильтры), то дальше мы просто можем не успеть встроиться.
Светлана Вагаева: Давайте определимся в том, чего мы хотим. Если проблема в том, чтобы организовать большую массу народа (проблема перенаселения, которая была высказана), то это одно, тогда мы разговариваем о формах организации, и это не обязательно должен быть государственный институт или нечто встроенное в законодательство, - это просто должна быть организация. Если мы говорим про политическую партию - это другой уровень. На базе нашего сообщества можно выстроить разные вещи, можно развивать, например, экономику, образование, можно делать партию - все это варианты, которые реальны, если мы до этого доросли, и если ставим себе такую цель. Но это разные понятия.
Елагин Евгений: У меня есть такой вопрос: кто этим заниматься будет? Это большая и муторная работа, и вопрос, собственно говоря, надо ли это?
Толмачев: Мы и проверяем, насколько захватывает эта идея, возможно решение будет найдено после СибКона.
Трубников Олег: На сегодняшний день в РД есть много людей, которые говорят, что они обладают развитыми методиками в сфере образования, которые могут решить проблемы наркомании и т.п., и для этих людей всегда встает вопрос привлечения денег. Привлечение денег сейчас предполагает одно - наличие официальной структуры. Сегодня есть закон о поддержке общественных организаций, о поддержке общественных детских российских организаций, но оказывается, что мы, владея некой новой технологией и идеологией, которая могла бы помочь обществу, но деньги от этого общества мы получить не можем, потому что у нас нет официальных структур. У нас уже давно бродит идея создать ассоциацию курганско-тюменско-свердловских клубов с тем, чтобы получить деньги, потому что проблема эта всегда стоит остро. Вот, например, СибКон, которому не хватает нескольких тысяч, и они вынуждены их вкладывать из своего кармана за то, что нам всем здесь было классно.
Толмачев: Действительно в каждом городе есть зарегистрированная организация, которая занимается ролевыми играми, в некоторых городах - и не одна, но все они существуют по одиночке. Вопрос в том, нужно ли перейти на следующую ступень. На городском и областном уровне что-то делается, многие руководители клубов знают, куда войти и как выйти оттуда с деньгами, но это маленькие пачечки денег, а есть еще большие пачечки денег. Итак, наша задача - сконцентрировать финансовые потоки в некое русло, не важно в какое. Или наша задача организовать ролевое движение? Или наша задача не дать ему умереть? - Давайте ее поставим, а потом будем с ней работать.
Тумило Евгений (НКВД): Сергей, еще раз, из чего берется предпосылка, что сейчас назревает кризис структуры?
Толмачев: Ну, мне так кажется. Это мои наблюдения. Посмотрите вокруг: Сибкон, *** человек, - бардак, Зилант, 1500 человек, там все просто вешались, сейчас активно обсуждается тема "Как нам сократить численность Зиланта", это уже создание некой формальной орг. структуры. Решение еще обсуждается, но это уже кризис. Мы просто вышли на качественно иной уровень.
Берелехис: Еще раз повторю для нас важно: а) защитить свои интересы; б) удовлетворить свои амбиции. Не важно, в каком порядке. Вот для этого надо идти в политику.
Лазарев: Согласен абсолютно с первыми двумя посылками и не очень понял вывод.
Толмачев: Я понял, что два предыдущих оратора не могут определить, что важнее: власть или деньги, что именно нам нужно не пропустить. Мое частное мнение: лучше не пропустить ничего, более того, власть и деньги тесно переплетены.
Света: Вопрос опять, чего мы хотим. Мы собираемся привлекать деньги, чтобы делать игры, или мы собираемся использовать игры для того, чтобы делать деньги. Если второе, то однозначно политика, и мы к этому однозначно рано или поздно придем.
НКВД: Власть и деньги нужны ролевому движению, или некоторым людям, которые находятся в РД?
Толмачев: Я стою на позиции, что у ролевого движения есть свои интересы как у любого существа: расти, меняться и пополнять ресурсы для собственного выживания. Личности, которые находятся в РД, могут по-разному к этим интересам отнестись, вот и все.
реплика: Сегодня деньги нужны Сибкону, или Марине и Бабаку?
Толмачев: Говоря опять о точках кризиса. На каждой точке система усложнялась в своей структуре, сейчас необходимо новое усложнение именно для выживания, обретение некоторых щупалец и ложноножек. Вместе пробиваться всегда проще и жестче. Любое не-движение вперед ведет к застою и умиранию.
Сидорова Ольга: Если к РД применим тезис о живом растущем организме, то нужно не мешать развиваться, а всячески помогать. Мы не можем знать, что нужно растущему организму в данный момент, можем лишь смотреть и догадываться, возможно, ему надо не формализовываться, а расти в другом направлении.
Лазарев: Я опять возвращаюсь к тезису, что "если не организуется, то умрет". Недавно я присутствовал в конференции по Интернету - та же самая проблема: "Какой кошмар, система не может быть самоорганизующейся, иначе она помрет немедленно, поэтому давайте спасать Интернет".
Толмачев: Формальная структура не может пронизать все ролевое движение сверху донизу, это должен быть некий элемент, еще одно щупальце. На самом деле, я думаю, что те формы, который сейчас существуют, еще долго проживут, даже если усложнения не будет, но потом это умрет. КСП просуществовало 30 лет, но оно умерло, потому что смена социальной базы снизило всю социальную значимость этого движения, а ведь раньше они боролись с социализмом.
???: У меня такое ощущение, что ситуация, которую мы сейчас обсуждаем, существует уже не первый год. В воздухе висит опасение: что сделает с нами это новое щупальце.
Мальцева Марина: Я не люблю говорить метафорами, потому что они очень уводят от сути, но я знаю, что чего нам нужна эта организация. У нас большие проблемы с помещениями, и если бы, приходя в очередную дверь, мы могли показать бумажку, что мы являемся региональной, или - еще лучше - всероссийской организацией, отношение было бы совсем другим. Поднятие авторитета имеет очень большое значение. В сущности, сечас я выражаю мысль НДЧ об ассоциации клубов, и у него есть более развернутое юридическое представление ситуации, но он куда-то делся.
Толмачев: Здесь, наверно, есть человек двадцать со своими печатями и организациями, и вопрос уже переходит на то, насколько весомы эти печати. Но это только одна возможность, которой мы уже все знаем как пользоваться. Давайте посмотрим, возможно, есть еще какие-то варианты.
???: То, о чем сейчас говорилось - это пассивная организация, но то, что предлагает Сергей - это активная форма, которая будет вмешиваться в жизнь, бороться за власть, еще что-то. Это будет требовать существенной перестройки, а не просто крыши.
Толмачев: Я очень занятой человек, но все равно продолжаю ездить на игры, потому что мне это интересно. Есть статистика, согласно которой люди после пяти- семи-летнего пребывания в РД все равно продолжают этим заниматься как хобби. Но хобби все равно должно что-то давать в остальной жизни. Вот и все.
Вагаев: Мы давно начали играть в политику, и средний уровень игрока, наигравшегося в политику намного выше среднего. Предложение следующее: у нас есть реальный опыт, который надо просто использовать. Давайте продавать его.
Ананич Константин: А мы хотим это делать?
Акиньшин Алексей (Балин): Господа, а альтернатива какая? Вы хотите быть полным андеграундом, уйти в анти-официал, может быть, так до криминала докатимся? Альтернатива есть?
Ананич: У меня есть очень четкое сомнение. Является ли наше хотение необходимостью, и так ли намертво они связаны.
Толмачев: Не является, и связаны не намертво, мне так кажется... но тем не менее, может являться, и может быть связано.
Сидорова Ольга: Я бы хотела направить разговор в другое русло. Ведь если мы сейчас вдруг начнем все организовывать, у нас неизбежно повторится кризис 93го года, раздел власти, перетряска отношений, что мы с этим будем делать.
<...>
Толмачев: Давайте перейдем ко второй части вопроса? Обсуждение методов и форм. Просто поставим мысленный эксперимент, в какие формы это может вылиться, попытаемся понять, что можно получить на выходе.
???: Мне кажется, сейчас перед нами два основных пути: путь первый - мы сейчас пытаемся создать организацию, которая будет заниматься РИ; путь второй - мы сейчас будем пытаться создать какую-то организацию, которая будет заниматься защитой интересов людей, которые будут заниматься РИ.
Лазарев: Путь первый - мы видим необходимость что-то изменить, и в связи с этим нам нужно формализовать все наши взаимоотношения по РИ, второе - нам необходимо структурировать некоторую иерархию, и третье (которое я от себя сформулирую) - нам не надо ничего делать, ибо все и так самоорганизуется.
Света: Говорю о двух путях. Это не два параллельных пути, это вещи последовательные. Реальная необходимость состоит в структурировании того, что уже есть, это первый пункт. Второй пункт, подчеркиваю - последовательный, - это уже развивать эту структуру в каком-либо направлении. Направлением не обязательно должна стать политика: это может быть шоу бизнес, образование, все, что угодно.
Трубников: Реплика для смелости. В США есть такая организация, в которой уже лет пять состоит одна двадцатая часть американцев. Это скауты. Так вот, в ХХ веке все президенты США, кроме одного, были скаутами. Один, не бывший, Рональд Рейган, был тупой _________, но что он сделал, когда стал президентом: он побежал записываться в скауты.
Лазарев: Правильно ли я понимаю, что РД стало для всех такой необходимостью, что пора встраивать его в эстеблишмент?
Ананич: Да, да, это совершенно необходимо: представляете, теперь вместо теннисной ракетки каждый будет ...
Трубников: Речь идет о том, стоит ли встраивать это формально. Вот если бы Зюганов занимался РИ, то проголосовали бы за него на выборах притом, что Путин бы не занимался?
<...>
Мальцева: Совершенно нормально, что многие здесь опасаются возникновения активной действующей системы, которая будет определять иерархии, указывать, что и кому делать, но было бы очень неплохо создать некую виртуальную систему, которая поможет людям в РД взаимодействовать с государством. Это и система номинаций, повышающая престиж в глазах разных чиновников, и единое информационное и, возможно, финансовое поле.
Вагаев: Мой опыт показывает, что просто так структуры не создаются, это можно даже не обсуждать. Структуры создаются по проект.
Толмачев: Давайте обсуждать проекты. Вот, например, один из многих путей реализации: у нас сейчас в стране происходят некие процессы; один процесс, который происходит вне зависимости от нас - это политический процесс укрупнения политических партий. До этого политическая партия и общественное объединение формально ничем не разделялись: если у нас есть четыре ролевых клуба в Уфе, они могут создать избирательный блок и выдвинуть своих кандидатов - общественные организации имели те же самые права. После укрупнения партии получат более значительную роль, и этим можно воспользоваться в своих интересах. Я утверждаю, что ролевая структура может служить для формального образования некоего партийного инструмента, который в последствии можно будет использовать. Методы и формы различны, и мы их уже сейчас знаем, возможно, появятся и новые: принятие отдельной программы образования, финансируемой правительством, основанной на технике ролевый игр. В Железногорске, например, есть школа-интернат, где преподаватели во многом эти технологии используют, у Кожаринова есть школа с такими методиками. Протолкнуть одну целевую программу экспериментальную для того, чтобы таких школ стало больше и у ролевого движения увеличилась выживаемость, ресурсная база, интеллектуальный кадровый состав, - это, например, одно из решений. Такие проекты можно вести через партию, можно везти и заходя с улицы, и это немножечко сложнее, примерно на порядок.
Вагаева: Следовательно, нужно понять, какого уровня нужна нам структура, чтобы нам удовлетворять наши сегодняшние запросы: если речь идет об организации кона, об организации игры - это одно; если наши цели выше - это другое. Стоит разобраться, что нам необходимо впритык.
Надежда ?: При слове "проект" сразу возникает мысль о том, какую он дает отдачу. И это отдачу группа, сидящая здесь, может расценивать как позитив, а какая-то - гораздо большая часть или более пассивная часть - так расценивать не будет. Эти споры, безусловно, бесконечны, но что при этом получается? Это прорыв некоторой группировки к власти, это революция?
Вагаев: Когда мы начали заниматься продажей игр в Красноярске в 93м году, народ тоже говорил: "Рвутся к власти, придумывают что-то новое..." Сейчас по стране много кто занимается этими технологиями. В этом смысле любой прорыв будет все равно восприниматься инертно и не всегда позитивно, потому что группа рванула вперед, но в итоге технологии передаются и более широкий слой людей их осваивают.
Надежда: Это утверждение моему никак не противоречит: в какой-то момент возникают передовые люди, которые проводят свои идеи и дальше это становится общей технологией.
Сидорова Ольга: Дело в том, что только маленькие подростки хотят просто махать мечами и получать от этого огромное удовольствие, люди постарше хотят большего, они хотят получать статус какой-то в мире, и не в замкнутой какой-то среде, а больше и дальше. Это нормально.
НКВД: У меня есть предложение обсудить альтернативные формы. Сергей предложил форму партии, я на вскидку попробую назвать еще две: можно создать какую-нибудь корпорацию, фирму и т.д., а в перспективе даже какую-нибудь транснациональную корпорацию ролевых игр; а вторая структура это нечто вроде союза художников, союза мастеров. Чем они отличаются: у корпорации деятельность направлена вовне, а у союза - вовнутрь. Предлагаю подумать, возможно, есть еще какие-то формы.
???: Всякий союз - это статика, в которой нет никакого развития
???: Выбор формы должен зависеть от цели. Я согласен с Андреем в том, что нужно учитывать проект.
?Ананич: Цель в том, чтобы всем было хорошо, чтобы мы могли заниматься любимым делом и получать за это деньги.
Карева Елена (Еля): Мне, например, сейчас гораздо ближе встраивание не в партийные структуры, а в школы, центры, какие-то педагогические организации. Это дает возможность социализации на халяву почти.
???: Наверно, стоит встраиваться не в структуры, а искать какую-то нишу. Например, свободная совершенно ниша - это молодежь.
Вагаев: Пошел разговор уже в сфере деловых коммуникаций. Если вы занимаетесь клубами, вам интересно, кто занимается клубами в других городах и какой опыт можно передать или получить. Кто-то занимается бизнесом, и он заинтересован в том, чтобы его деловой партнер был ему известен, потому что я вижу этого человека не первый раз и у нас был опыт совместных переживаний. Есть специалисты в разных областях (PR, например), не востребованные в своем регионе в данное время, и удобно их привлечь под любой проект (людей достаточно близких или знакомых, или за которые могут поручиться).
Сидорова: Это масонская ложа!
Вагаев: Я бы сказал просто - семья.
Крафт Павел (Янус): Можно таким образом организоваться.
Толмачев: Я вообще начал это не просто так. Я просмотрел Интернет, у нас накоплено много материалов по самооценке РД, кто мы, что мы, попытки переписать еще раз историю. На самом деле уже давно бродит такая идея (я несколько таких докладов читал, и их делали разные люди): РД - это новый народившийся субэтнос, т.е. на данный момент, конечно, не субэтнос, а консорция, по гумилевской теории. Члены любого такого сообщества идентифицируют себя как "свои" и ведут себя соответственно, и это есть в РД. По такой же схеме зародился христианский субэтнос в Византии. Некоторые субэтносы зарождаются на отдельной ограниченной территории, но в недрах римлян (это будущие византийцы) были христиане, которые веди себя определенным образом, обладая определенными, отличными от римлян, стереотипами, лет сто или двести развивались в рамках Римской империи. В результате через двести лет на ключевых позициях везде были христиане, и возникла Восточно-римская империя, которая просуществовала после того, как Рим в целом пал.
Фрид Мария: Извините, если мое высказывание прозвучит несколько не в струю, но как можно говорить об общей культуре ролевиков, об этносе или субкультуре, когда нет не только идейного единства, но вообще какого-то единства между людьми и группами, занимающимися РИ. И в это слово вкладывают настолько разное наполнение... Между дэнжинами и полевушками есть большая разница, но даже в рамках полевушек есть такие большие расхождения, что люди даже общаться между собой не хотят.
Надежда: Какими общими чертами мы обладаем, если рассматривать нас как принадлежащих к некоему субэтносу.
Фрид: Что общего имею я с дивным мальчиком с великим светом в глазах?
Толмачев: Идеологическое наполнение не тема нашего сегодняшнего обсуждения, но общие черты есть, они в поведении: летом люди изыскивают три дня для того, чтобы заняться деятельностью одинаково устроенной по формальным признакам. Вот почему-то никто не переживает за наркоманов подъезде, но переживают за дивного мальчика, и эмоциональная включимость при это гораздо выше? Потому что на самом деле он тоже наш, и по нему судят о тебе или обо мне. Отсюда такая позиция: "Ничего я с ними общего не имею! Они позорят мое имя!" Так только к родственника можно относиться, потому что мое имя не позорит никто другой, ни наркоманы в подъезде, ни панки...
Трубников: Кто ввел правило, что мальчики со светом Амана в глазах не допускаются на игру? 93 год.
?Надежда: РД изначально было совсем иным по численности, и на него работала "большая семья", по 10-12 человек в каждом городе. Сейчас в РД такое количество членов, что они не могут общаться друг с другом все, и именно по этому возникает вопрос об организации.
Толмачев: Машей был поднят интересный вопрос о соотношении различных частей. Я помню такой момент, который происходит при развитии РД: оно поглощало многие новые субкультуры. Во-первых, мы произросли из многих субкультур (КСП, туризм), многие продолжают оставаться в двух-трех группах, но был момент, когда наблюдался процесс прихода новых людей целыми группами (сатанисты, филателисты, движение хиппи), но они были поглощены.
Надежда: Подводя итог идеям о христианстве и прочих сектах, нужно сказать, что они объединялись под идею. Если идея витает в воздухе, то ее нужно сформулировать, и идеологию выстраивать по одной линии (мелкие боги отсекаются, есть только одно божество). Но если введется грубая идеология, то меняется все напрочь.
Шкель Макс: Я считаю, что позиция христианства для нас вообще не приемлема. Если продолжить сравнение в религиями, то для нас ближе буддизм, при котором мелкие боги становились богами огромного объединенного пантеона, включаясь в центральную идею.
У меня есть еще одно дополнение. Если Мария проводила деление игр по стилю, то я бы провел деление по регионам. С людьми из некоторых других регионов я вообще не представляю совместную деятельность.
НКВД: Ответ Маше и Максу. Вопрос: может ли в партии быть и плотник, и бизнесмен, и политик? Ответ: может быть. Может ли в корпорации работать и инженер, и ученый, и посудомойка? Может. И работать они могут в разных городах.
Пономаренко Вика: Там они зарабатывают деньги, а в тусовке все отдыхают.
(реакции) Не все.
Очень сложная форма отдыха.
Это не деньги.
Весьма утомительное занятие.
Особенно делать Сибкон, или игру - тоже такая форма отдыха...
Фрид: По поводу объединений во что-то общее и поисков идеологии для совершенно различных РИ. Давайте даже оставим хиппей и хипповатых мальчиков. Я не вижу, что общее может быть между, например, красноярским направлением (деятельностным) и реконструкторским (историко-материальным) направлением. На мой взгляд, сейчас связь между этими полярными направлениями примерно такая же, как между РИ и туризмом. Какая общая идеология?
Толмачев: Это начало смерти. Разложение системы на более мелкие: перестаем свои части считать за свои.
Берелехис: Если мы говорим о том, что мы создаем организацию, которая будет заниматься РИ, тогда можно понять Машу, которая видит какие-то непримиримые противоречия в разных направлениях. Если мы будем создавать организацию, которая будет заниматься защитой интересов тех, кто занимается РИ, тогда нам пофиг, нам нужен любой человек, который скажет: "Я хочу или люблю заниматься РИ", будь он хоть еврей, хоть велосипедист. Поэтому вопрос снимается.
Я еще раз хочу подчеркнуть, что формальная структура в первую очередь нужна не для того, чтобы лучше РИ (честное слово, сейчас обмен по интернету позволяет и пообщаться, и почерпнуть новые идеи). Я не вижу, чем заметно лучше создание организации, которая будет говорить, что вот ты и ты будете присваивать ранги тебе и тебе. Распределять квоты на проведение ролевых игр тоже глупо. Нам надо заниматься защитой своих интересов и не делить на черных и белых.
???: Общество дает деньги под то, что ему нужно, поэтому нужно создавать организацию, которая будет социально полезной. Я согласна с Елей в том, что в сфере образования мы могли бы продвигать свои идеи и реализовывать свой опыт.
???: Это не обязательно должно приносить пользу, цели могут быть совершенно другие, например, популяризация наших идей. Цель может быть более высокого уровня.
<...>
Шкель: Сергей изначально говорил о том, что нужно не допустить гибели игрового сообщества, которое якобы обречено на нее. Я считаю, что при некоторых условиях формализация и политизация движения способна погубить его гораздо надежнее, чем любое разгильдяйство. Мое видение ситуации: поработав некоторое время на депутатов государственной думы, с городской администрацией, я могу делать какие-то выводы. Любая партия изначально существует для того, чтобы обладать властью, делить сферы влияния, получать определенные бонусы. При этом мы подразумеваем, что больше всего от этого всегда имеют руководители или первые лица партии. Первая проблема формализации и политизации технологическая: объединение такого количества людей, у каждого их которых свои интересы и которые существуют и вместе и называются одинаково лишь в рамках неформального сообщества. <...> Такое разнородное сообщество объединить не возможно, либо это будет совершенно фиктивное объединение, основывающееся на том, что людьми будут попросту помыкать. Вторая проблема этическая: если мы считаем, что дергать за уши, за носы, вести за кольцо своих товарищей, тех людей, с которыми мы вместе расслабляемся, не каких-то виртуальных людей, которые существуют в газетах и соц. опросах, если мы считаем, что вести этих людей за нос - хорошо, пожалуйста, давайте тогда займемся политикой. Потому что политика в любом случае приведет к тому, что интересы конкретно взятой политической партии, конкретно взятых руководителей и конкретной программы рано или поздно придут в противоречие с интересами тех, кто на нее работают. Я вам совершенно точно скажу, что в политике вопрос проституции является не вопросом морали, а вопросом времени и цены. Это будет моментально продано. Любой человек, включая меня пойдет на это. Если у меня встанет дилемма между личным процветанием, между возможностью продвижения или возможностью получить соответствующие голоса, положение во власти, я однозначно немножко помучаюсь, но предпочту личное благосостояние благосостоянию неких фиктивных людей. Смотря на вас, я думаю, вот мне было бы жалко обидеть НДЧ, но когда я пойду в политику, мне будет плевать на то, что НДЧ плохо.
Я считаю, что игровое сообщество существует именно потому, что оно немного противопоставлено всему остальному обществу, именно потому, что мы отличаемся от других. Игровое сообщество построено на сознании своей особости, своей инности. Я не считаю, что те люди, которые нормально социализировались, не обладают пониманием, что они хоть немножечко, но другие. Как только мы с вами станем организацией, функциональной, технической, имеющей совершенно четкие цели, четкую структуру, иерархию подчинения, мы станем очередным комитетом по делам молодежи. Если вы считаете, что после этого что-то сохранится от игр и сохранится именно то, что мы ценим, то я утверждаю, что это все рухнет. Это приведет к одной единственно вещи: появится раскол. Появится официозная часть тусовки, которая пойдет в политику, которая будет работать по кем-то; появится маргинальная часть тусовки, которая будет против всех: ни та, ни другая часть реально не будет представлять из себя ничего особенно хорошего. Это пункт по борьбе за власть.
Еще один пункт. Можно бороться за место у государственной кормушки за право получать отруби. Замечу, что большинство игр пока проходило без участия это государственной кормушки и проходило достаточно хорошо, что нет причины думать, что это сильно изменится в будущем. Если кто-нибудь проводил мероприятия, вы знаете, как зависит нищий от спонсоров. Если вы согласны пожертвовать тем уровнем, который имеется, во имя спонсоров, а вам придется им пожертвовать, если вы хотите получить деньги, вы не сможете вечно заниматься анальным сексом и кушать рыбку. Это не реально. Вы проймите, организация будет ложиться под того, кто платит.
Лазарев: Во-первых, хочу выразить полное свое восхищение идеей и PR-овской технологией, с которой была закинута мысль о политической партии, ибо вообще-то огни нигде никогда не звучала кроме как тут, где она сама собой стала возникать. Я счастлив, что я рядом с такими людьми. И второе: идея политической партии должна заканчиваться тем, что эта партия таки берет власть. Представьте, что мы это смогли (а мы ведь не слабаки, мы здесь не обсосы все, честное слово, мы сделаем это), и каждый из вас стал президентом, так вот в качестве президента от ролевого сообщества, что вы сделаете для всего общества вообще?
Толмачев: Макс пропустил начало, поэтому напомню, что речь не идет о полном простраивании и прошивании существующей структуры новыми связями, а идет речь о создании дополнительных вещей. Мы не перестроим все движение, то, что сейчас есть, должно существовать при том, что возникнет, как база, как кадровый потенциал. Не хочешь - делай игры, как делал, хочешь - пожалуйста, попробуй еще и здесь и мы (или какая-то группы, которая будет этим заниматься) поможем этим заниматься просто так, потому что мы так хотим. У всех возникает проблема спонсоров. У меня есть много знакомых спортсменов, каратистов, туристов. Кто им дает деньги? Каратистам дают деньги бизнесмены, которые раньше занимались каратэ. Люди тратят много времени и сил на РИ. Если кто-то разбогатеет, он может поделиться.
Невинность потерять, конечно, страшно.