УБИЙЦА БОГОВ

(re-version)

 

Сверкая чешуей и вонзаясь плавниками крыльев в алый прибой вечернего неба, самолет поднялся в воздух и оставил меня одного.

 

Я смотрел ему вслед, преданно и горько, а когда он исчез, сел в автобус и поехал домой. Было прохладно. Март вонзил шпоры поздних морозов в бока весны и не спешил радовать нас щекоткой тепла.

 

"Она улетела". Простая и, в сущности, банальная мысль только теперь заерзала в моей голове.

 

"Она улетела на год.

Ее не будет рядом целый год!"

 

И отчаяние молнией подтаявшей сосульки обрушилось на меня сверху. Я заплакал, чувствуя, как вонзаются в меня черные мысли.

 

"Выходит, мне суждено ее потерять! Я знаю - я не сумею ждать так долго. Любовь пройдет, выветрится летучими маслами из моей слабой души. Я просто не смогу..."

 

Наверное, этим раздумьям нельзя было поднимать веки. Я сам подставил себя под удар кромешной тоски и злобы.

 

"Мы изменимся - и я, и она. Ничто больше не будет таким же, как прежде! Наше чувство отгорит, как чудесная, но короткая свеча, и угаснет.

 

Нежной любви было положено три месяца - прекрасная, должно быть, жизнь. И она закончилась".

 

Совладать с собой в минуты такой вот - оглушительной пронзительности чувств бывает сложно. Я не сумел. Я жил, пока Всевышний пек свои блины на сковороде моей жизни, а теперь решил прервать эту бессмыслицу.

 

Мне было жалко терять ее. Любовь. Смысл. Себя.

 

"Они всегда вторгались в мою жизнь - Боги. Корни и гвозди моего "Я" - придонные хозяева жизни".

 

Я двигался все быстрее и спускался все ниже по нарезам ствола моей Судьбы. Я хотел увидеть пулю своего предназначения, понять, кто я такой!

 

Они вступили одновременно - боль и ночь. Я понял то, о чем пытались сказать психоаналитики. Боги не умерли, не ушли и не исчезли. Они затаились внутри нас! И каждый нашел своей архетип, свой комплекс, свою ловушку для алчущего рассудка человека.

 

Трап и предчувствие. Голос, зовущий и далекий. Три часа спустя у нее была пересадка в Москве. Но что-то - любовь якорем глубоко ушла в песок ее сердца - тащило ее обратно. Что-то твердило о несчастии! Она сдала билеты. Лихорадочно, поспешно. Также стремительно купила обратный билет и часом позже уже летела назад.

 

Вода доверительно ощупывала мое тело. Вниз по левой руке тянулись многочисленные рельсы бритвенных порезов. Потолок заблудился в тепле и тумане. С решимостью наперевес я шел убивать своих Богов.

 

Один был гомосексуалистом и ненавидел Локи за то, что тот вечно не соглашался подставить корму под его божественное тесло. Но у Локи были свои виды на известное отверстие. Привычнее было обращаться в лошадь и строить козни. Один ярился и впадал в слабо контролируемое бешенство. Ему вторили прочие гетеро и гомосексуальные божества, так как Локи слыл непревзойденным мастером постельного искусства, но САМ выбирал, кому дарить свои объятия.

 

Волосяная удавка стала венцом жизни для них обоих. Так умер Одноглазый и Хитрец. Ни дар мудрости великана Мимира, ни искушенная изворотливость не помогли им против тупой и бессмысленной силы.

 

Христос нес свой амфетаминовый Крест столь давно, что ему хватило буквально трех суточных доз, чтобы вообразить Голгофу, учеников, предательство и последующее воскресение. Останемся честными до конца - эдемский наркобарон Иегова даже порадовался слегка, что кто-то убрал с его дороги этого глупца и неумеху, выдававшего, к тому же, себя за его сына! Христос скончался в грезах и с улыбкой на губах, а его мнимый батюшка - монополист и сутенер - пал от толпы озверевших мусульман, прорвавшихся в его дворец через кордоны верных автоматчиков.

 

Ответом Аллаху была бомба, наконец-то решившая все противоречия остального мира с его ревностными последователями. Зороастра переварила плотоядная пустыня, где песок был так насыщен страдающими от жажды и голода разумами, что поглощал даже стальные пуговицы с мундиров колониальных господ-офицеров.

 

Греческий пантеон отправился всей пачкой в турне по странам Балтии и СНГ и был умерщвлен ярыми российскими снинхедами, ни в какую не верившими, что перед ними не евреи. Языческие божки всех рангов и мастей превратились в моющие средства и пошли на глянец и бесподобный блеск унитазов и раковин.

 

Будда - последний среди равных - был андроидом и мучился невысказанными вопросами своих литиевых батарей. Он встретил меня, сидя на скале, в остром и мучительном раздумье о скуке и подлинной радости, но, когда я признался ему, что пришел за его жизнью, не стал возмущаться и молить о пощаде, а просто умолк и выключил питание. Единственный из всех. Надеюсь, Нирвана была ему пухом.

 

Самолет только коснулся земли шасси, а она уже была на ногах. Стюардесса раздула капюшон и справедливо засверкала очами, полными близкого яда. Она сбежала вниз по трапу, рванулась на стоянку такси и неясными внутренностями бездетной (звезд не было, лишь матрас слежавшихся облаков) ночи помчалась к моему дому.

 

Я был уже мертв. Боги, брыкаясь и вежливо подставляя шею под удар, уже отчалили от моих берегов. Тело покоилось в стылой воде. Электрический свет меланхолично делил себя с кухней.

 

Она открыла подъезд своим ключом, взбежала на мой этаж и забарабанила в дверь.

 

В такт ее ударам, сокращаясь, как материнская утроба, запульсировали стены ванной комнаты. Тело адски хотело жить! Если бы Кронос не пал под угловатым, кривыми ударами скинхедовских ботинок, можно было бы повернуть время вспять, и все расчертить по-новому...

 

Она кричала. Плакала навзрыд, ЗНАЯ, на что пошел я, ради себя. Вероятно, высовывались соседи. Возможно...

 

Наконец дверь не выдержала и жалобно сдалась. Она вбежала внутрь, кинулась в мою комнату, на кухню, заглянула в кладовку и только потом вспомнила о ванной. Материнская утроба вежливо ждала. В ней покоился плод земного союза двух обычных людей, и Смерть - этого бога я убивал особенно тщательно! - не могла забрать себе его.

 

Она упала на пол рядом с запертой дверью. Силы вытекали из глаз двумя светлыми ручьями. Она повторяла одно лишь имя, и этот звук, украдкой, по-воровски, проник сквозь доступные щели, взобрался мне на голову и умело юркнул внутрь.

 

Я забыл про его стрелы! Чертов Амур - надо было выдернуть их и проследить, чтобы он не сумел напоследок навтыкать новых. Стрела вспыхнула бенгальским огнем, и Боги радостно устремились из своих могил на обжитые просторы, оживленно переговариваясь и обдумывая ближайшие планы.

 

Я очнулся, бессмысленно замотал головой в студеной, насквозь пронизанной нитями крови, воде и полез из ванны. Она, заслышав шорох и плеск внутри, с внезапной надеждой прильнула ухом к двери, а потом я вышел наружу.

 

Не ждите - Ромео и Джульетта - это не про нас!