| |
Город Арингилл, если верить тому, что
рассказывали нашим отцам их отцы, а тем, в свою очередь, их деды, и так
- до незапамятной древности, основан был не ранее 450-го года Н. Э. По
крайней мере, там он впервые упомянут в Королевских Налоговых Реестрах
Кайриэна, пока еще не как город, а как поселок, выросший возле речной
бухты, удобной для приема кораблей. Земли те испокон веков принадлежали
Дому Сайган, и практичный Лорд Аркан распорядился о строительстве поселка,
в мудрости своей предвидя, что место сие станет в будущем крупным портом.
Следующее упоминание об Арингилле было найдено мною в письме Лорда Танкреда
своему кузену Дараму. Там говорилось о том, что в Арингилле должен причалить
корабль, везущий из поездки в Тар Валон Леди Ариссу, родную сестру Лорда
Танкреда, и что ее необходимо встретить и довезти до замка Сайган.
Регулярные упоминания Арингилла как города начинаются с 544 г. Н. Э. В
этом году в городе начали вести книгу, впоследствии ставшую известной
как Бургомистрова Роспись, в которой указывалось, кто и когда осуществлял
управление городом от лица Дома Сайган, а также кратко записывались основные
события. Эта книга является основным нашим источником. Также, как уже
говорилось выше, упоминания об Арингилле находятся в Королевских Налоговых
Реестрах Кайриэна, а помимо этого - в финансовых бумагах Дома Сайган.
Отдельному вопросу, истории Арингилла в период андорско-кариэнских войн,
посвящены две важных работы. Это "Плач о погибели Арингилла" неизвестного
автора, вошедшего в историю как Арингилльский Аноним, а также "Песнь о
Битве при Вратах Арингилла" известного андорского менестреля Лара Акселя.
Естественно, то, что оба эти автора были современниками событий, причем
представляли стороны заинтересованные, наложило свой отпечаток на их изображение
происходившего.
Таков краткий обзор использованных мною источников.
Итак, в 544 г. Арингилл получил статус города. Вполне возможно, что Лорды
Дома Сайган противились этому, дабы платить меньше налогов, тем не менее
случилось то, что случилось: Арингилл разросся и уже не мог считаться
поселком. В город был назначен его первый губернатор Вейн Ралан, статуя
которому была поставлена в 844 г. по случаю трехсотлетия города, а затем
разрушена во время Первой Осады в 966 г.
Он правил городом до 569 г., и его сменил на этом месте
Далее до 638 г. на протяжении почти сотни лет, сменили друг друга еще
четыре бургомистра. Время их правления не отмечено было почти ничем заметным.
По крайней мере, не происходило ничего, о чем любят петь менестрели и
писать поэты; видимо, не было даже пищи для сплетен. Город богател, исправно
пополняя казну Дома Сайган деньгами.
В 638 г, однако, случилось первое событие, из-за которого об Арингилле
стали громко говорить и за рубежами Кайриэна, а, быть может, и в самом
Тар Валоне. Эти события вошли в историю под названием Рыбного Бунта. Все
началось с того, что бургомистра Рола Мейли сменил на его посту другой,
молодой и не очень опытный Лукан Фар, зато, по слухам, к нему благоволила
тогдашняя Верховная Опора Дома Сайган, Леди Кара. Первое, с чего начал
новый бургомистр - повысил налоги на разгружаемую в порту рыбу. Дальше
- больше: он повысил налоги на продажу той рыбы, которая вылавливалась
в реке. Дополнительно к этому, он обложил налогом продажу рыбы на рынках
города. Поэтому арингилльский рыбак, вылавливавший рыбу в реке Эринин,
должен был, если хотел ее продать, трижды заплатить налог. В итоге, арингилльская
беднота однажды взялась за оружие, разогнала бургомистрову стражу, а самого
его сожгла в собственном доме. Леди Кара отправила в город дружину, начались
бои, и именно это, видимо, дало повод королю Тораму Дамодреду сделать
свой ход в извечной кайриэнской Игре Домов: неспособность Леди Кары навести
порядок в собственных владениях была расценена как слабость, и королевские
войска вкупе с королевскими чиновниками отторгли Арингилл в пользу кайриэнской
короны (или в пользу правящего Дома, что в Кайриэне обычно одно и то же).
Таким образом, с 638 г. город Арингилл перешел из-под власти Дома Сайган
под власть дома Дамодред.
После довольно-таки кровавого подавления восстания в городе опять надолго
восстановилось спокойствие. Присланный из столицы новый бургомистр жестоко
наказал виновных, но при этом снизил налоги, а часть из них и вовсе отменил.
И поэтому, хотя впоследствии его и зарезала в постели Вайла Дорт, дочь
одного из казненных руководителей восставших, в целом в городе опять в
течение сорока лет не происходило ничего примечательного.
Однако в 682 г. Арингилл вновь стал центром пристального внимания. Случилось
так, что за один год приезжими Айз Седай в городе было выявлено двадцать
три девушки, способных направлять Силу. И профану очевидно, что событие
сие было чем-то из ряда вон выходящим. В Белой Башне решили исследовать
этот феномен, думая, что где-то в городе неожиданно сработал некий артефакт
прошлого, что Арингилл был построен, к примеру, на месте древней лаборатории.
На протяжении трех лет десятки Айз Седай приезжали в город, дабы попытаться
прикоснуться к разгадке, но по прошествии времени все они покинули город,
девушки, способные направлять силу, стали появляться в Арингилле с обычной
редкостью, а что по этому поводу думали Айз Седай, и поныне остается загадкой,
ибо библиотеки Тар Валона закрыты для мужчин и женщин, неспособных коснуться
Источника (а для мужчин, способных коснуться Источника - тем более). Известно
только, что это происшествие получило в Белой Башне название "Арингилльский
парадокс".
697 г. надолго запомнился жителям города. Таинственный разбойник (или
разбойники, так как история тоже оказалась распутанной далеко не до конца)
смог похитить из бургомистровых сундуков бОльшую часть того золота, что
предназначалась в уплату налогов. Королевские чиновники, прибывшие из
столицы расследовать это досаднейшее происшествие, не найдя никаких следов
вора, решили было, что все деньги украл сам бургомистр. Однако доказать
этого так и не удалось, хотя бургомистра на всякий случай отправили в
отставку. Тем не менее, вышедший в отставку бургомистр купил себе богатый
дом и вообще, несмотря на весьма скромную назначенную ему пенсию, жил
вполне безбедно.
В 724 г. в городе разразился небывалой силы пожар. Что же послужило его
причиной, не совсем ясно до сих пор. Чиновники, расследовавшие это событие,
предположили, что виновниками были рыбаки, курившие ночью трубки на рыбных
складах - угольки из трубки попали на сухую солому, она разгорелась, а
небывало сильный ветер раздул ее еще больше. Как бы все не обстояло на
самом деле, почти половина города сгорела. Практически полностью были
уничтожены причалы и склады. Король был вынужден снизить налоги, чтобы
позволить городу пережить случившееся, и лишь в 737 г. налоги вновь достигли
прежнего уровня.
Вполне возможно, именно это обстоятельство повлияло на то, что благополучный
(в лучшие времена) в финансовом отношении Арингилл после пожара не стал
ареной ожесточенных схваток Первой Войны за Наследство. Как известно,
в 729 г. умер король Дэйрад Дамодред, не оставив законных наследников,
и Дом Таборвин предъявил свои права на престол. Началась война, на стороне
незаконнорожденного сына Дэйрада Лайвина выступили Дома Сайган, Драпанеос,
Чалиандред. Дома Райатин и Даганред поддержали Кэрина Таборвина. Меньшие
Дома, особенно не связанные прямыми вассальными клятвами, нередко колебались
и переходили с одной стороны на другую. Но Арингилл война пощадила, хотя
в другое время обе стороны наверняка попытались бы использовать богатый
порт как источник финансирования военных действий. Теперь же с Арингилла
взять было нечего, и бури Первой Войны за Наследство обошли его стороной.
Дом Дамодред сохранил за собой трон, в 733 г. разбив войска Кэрина Таборвина
в Битве Домов под стенами Кайриэна.
Согласно королевским финансовым бумагам, к 764 г. Арингилл стал вновь
одним из основных налогоплательщиков королевства. Видимо, именно этим
объясняется тот факт, что очередная королева Кайриэна, Леди Мелисса Дамодред,
в 771 г. подарила город своему любовнику, Баргу Драпанеосу. Так город
в очередной раз поменял свою принадлежность, перейдя в собственность Дома
Драпанеос.
Однако долго город в собственности Дома Драпанеос не оставался. Старший
сын королевы Мелиссы Шаган, не одобрявший привычки матери менять любовников
по три раза в день и одаривать их землями Дома Дамодред, в 776 г. произвел
переворот и сверг ее. Придя к власти, король Шаган принялся отбирать обратно
подарки своей матери и весьма преуспел в этом. Хотя некоторые и считают,
что его таинственная смерть во сне в 802 г. стала результатом отравления,
задуманного кем-то из обиженных Шаганом бывших любовников Мелиссы Дамодред.
В 815 г. началась война между Андором и Кайриэном, вошедшая в историю
как Трехмесячная война. Для нашего исследования она интересна именно тем,
что началась с захвата Арингилла. Захват был осуществлен по весьма хитрому
плану: андорские солдаты были посажены в трюмы торговых кораблей, и так
им удалось скрытно попасть на городские причалы. Однако из-за разногласий
в командовании андорские Лорды не отправили вовремя подкрепление, пока
Лорды Аран Кирен, Веллим Раншар и Давин Траканд решали, кто же поведет
армию в последний решающий бой, кайриэнские войска неожиданным марш-броском
быстро подошли к Арингиллу и выбили оттуда андорский десант, полностью
лишив андорцев всех достигнутых ими преимуществ. В память об этом событии
на центральной площади города была поставлена мемориальная доска работы
известного мастера Лина Горама. Война угасла сама собой, и вскоре был
подписан мирный договор, сохранивший статус кво.
Далее до конца 9 столетия Н. Э. город жил достаточно мирной и спокойной,
если не сказать сонной жизнью. Торговля процветала, преступность, нищета
и безработица были успешно сведены к минимуму. Самым заметным событием
в этот промежуток времени стало обнаружение в 869 г. в Арингилле мужчины,
способного направлять Единую Силу. Произошло это достаточно случайно:
Вайла Карид из Красной Айя просто проезжала через Арингилл, а Март Рован
невовремя попался ей по дороге. Его способности были невелики, а потому
захват его и последующее Усмирение прошли весьма буднично, и вскоре жители
Арингилла и думать позабыли о случившемся.
Зато рубеж 9 и 10 столетия жители Арингилла запомнили надолго. На город
обрушилась эпидемия загадочной болезни, названной теми, кто ее пережил,
трясучей чахоткой. В 900 г. люди неожиданно начали умирать, один за другим,
и никто из лекарей ровным счетом ничего не мог поделать: больные непрерывно
кашляли, чахли на глазах и бились в конвульсиях. Немедленно в Город приехало
множество Айз Седай, но и им не удалось вылечить тех, кто уже заболели
- они только остановили распространение заразы. Не менее трех четвертых
населения города умерло, пострадало также население нескольких близко
расположенных деревень - дальше заразу не пустили Айз Седай.
Согласно Королевским Налоговым Реестрам, население Арингилла достигло
той численности, что была до эпидемии, только к 923 г.
И вот тут мы подходим к сюжету, который можно бы назвать ключевым для
данного сочинения, сюжету, который прославил Арингилл, но одновременно
и принес массу бедствий его населению - сюжету, связанному с ролью города
в андорско-кайриэнский войне 965-968 гг.
Андорско-кайриэнские войны не являются чем-то необычным. В этой работе
уже упоминалась Трехмесячная война 815 г. Также в 10 в. столкновения между
двумя государствами с завидной регулярностью происходили в 911, 934-935,
952 гг. Все эти войны, как видно, длились не более года-двух, сводились
быстро к череде мелких стычек и не приносили решающего преимущества ни
одной из сторон. Но война 965-968 гг. таковой не была.
Кайриэн, а вернее, король Ламан Дамодред, начал войну с целью упрочения
своих позиций: трон его не был так устойчив, как ему хотелось бы. Небольшая
победоносная война явно не помешала бы ему, и Ламан решил воспользоваться
этим рецептом. Ожидалось, что, как и в прошлом, андорская и кайриэнская
армия поманеврируют у границы, состояится некоторое количество стычек,
кайриэнцы выиграют большинство из них, а потому и саму войну в Кайриэне
можно будет признать победоносной - разумеется, под руководством мудрого
короля Ламана. Но так уж случилось, что замыслы Ламана постоянно реализовывались
по принципу "хотелось как лучше, а получилось как всегда".
Королева Андора Модреллейн готовилась к войне и только и ждала предлога.
Как только первый кайриэнский солдат перешел границу, отлично подготовленная
андорская армия мгновенно отбросила кайриэнские силы вторжения, не ожидавшие
столь резкого отпора, и двинулась дальше, на территорию Кайриэна. Арингилл
подвергся осаде. На тот момент в городе фактически не было регулярных
войск, и на стены поднялись сами горожане. Не было запасов продовольствия,
андорские корабли перекрыли подвоз по реке, хотя андорцам и не удалось,
как в прошлом, высадиться на причалах города. Шесть месяцев, с апреля
по октябрь 966 г., город находился в кольце. Но горожане, голодающие,
не имеющие ни опыта, ни достаточного количества оружия, не открыли ворот.
В октябре андорцы сняли осаду, и горожане вздохнули было спокойно.
Но это была временная передышка. Войска понадобились в другом месте, кайриэнцы
навязывали андорской армии генеральное сражение, которое и произошло 6
ноября 966 г. при деревушке Черная Речка. Именно в этой битве впервые
проявился полководческий гений Гарета Брина, командовавшего правым крылом
андорской армии и в тот момент, когда чаша весов начала клониться в сторону
Ламана Дамодреда, точно угадавшего время и место удара, который в итоге
и привел к победе андорцев. Хотя кайриэнская армия и не была уничтожена,
ей пришлось в спешном порядке отступать, некоторое время она неспособна
была к активным действиям.
Корпус, осаждавший Арингилл, вернулся обратно, получив подкрепления. Осаду
возглавил молодой и честолюбивый Кэрил Мантир, поклявшийся либо взять
город, либо умереть. Вторая Осада длилась с декабря 966 г. по июнь 967
г.
Традиционно зимой стараются не воевать. Но в этот раз враги забыли о всех
возможных правилах. Голодали и мерзли и осажденные, и осаждающие. Вновь
не хватало продовольствия, не было достаточно дров и угля для отопления
домов, да и погода не баловала противников: ударяли заморозки, налетали
бураны.
В мае в городе начали шептаться о сдаче. Очевидцы утверждают, что первым,
кто заговорил об этом, был старшина рыбного цеха Аран Паверан. Говорят
даже, что он тайно покидал горд и обсуждал этот вопрос с андорским командованием,
и будто бы сам Кэрил Мантир заплатил ему за то, чтобы Паверан открыл ворота.
Как бы то ни было на самом деле, но Паверан в начале июня был найден мертвым
в собственной кровати, он был заколот ножом. Кэрил Мантир погиб спустя
две недели в Битве у Ворот, и некому рассказать нам правду.
Далее мы еще более переходим на почву легенд. Достоверно известно, что
бургомистр Пэл Килмер (возможно, слегка повредившийся рассудком от груза
ответственности за город) действительно покидал Арингилл, чтобы связаться
с войсками лорда Добрэйна Таборвина, двигавшимися на соединение с остатками
королевской армии. Сам же лорд Добрэйн отрицает факт своего общения с
Килмером и говорит, что поворот его армии к Арингиллу был продиктован
ему неким наитием, полководческой интуицией, и он всего лишь хотел потрепать
тылы армии лорда Мантира. В итоге все получилось совсем иначе. Бургомистр
вернулся в город и, заявив, что армия лорда Добрэйна на подходе, добился,
чтобы ополчение Арингилла вышло из города и атаковало андорцев. В ужасающей
резне, которая и вошла в историю как Битва у Ворот, погибло не менее половины
плохо вооруженных и неопытных ополченцев и сам Килмер, когда, наконец,
на горизонте показались знамена лорда Добрэйна. Разведка доложила ему
о сражении, и лорд Добрэйн не мог не воспользоваться открывающейся возможностью.
У него было меньше солдат, но андорцы уже порядком устали, да и позиция
их между армией лорда Добрэйна и городом оставляла желать лучшего. В длительной
и кровавой битве андорская армия потерпела поражение, лорд Мантир погиб,
а осада вновь была снята.
Что сказать дальше? Героизм арингилльцев имел странные последствия. По
мирному договору 968 г. город, дольше и смелее других оборонявшийся от
захватчиков, был передан Андору, в результате чего Андор получил не только
богатый порт, но и отличный плацдарм по ту сторону реки Эринин. Таковы
результаты непродуманной политики короля Ламана, чьи действия и поступки
далеко не всегда понятны были его современникам, и врагам, и даже друзьям.
|
|